Искусственный интеллект, по прогнозам исследователей, сможет работать не только на кремниевых чипах, но и на живых человеческих клетках. Так формируется новое направление вычислений, которое в научном сообществе называют «влажным железом» (wetware). Его основа — органоиды, или «мини-мозги», которые выращивают в лабораторных условиях из стволовых клеток человека, нередко полученных из обычных клеток кожи. Полученные скопления живых нейронов подключают к сетке электродов, что позволяет обмениваться электрическими сигналами с внешними устройствами и превращать ткань в рабочий вычислительный элемент.
Как «мини-мозг» начинает думать
Ключевое свойтие таких структур — их электрическая активность. Ученые объясняют, что сигналы, генерируемые органоидами, напоминают мозговые волны недоношенных младенцев. Именно эта биологическая «живость» делает биокомпьютеры исключительно гибкими: в отличие от жестко запрограммированных кремниевых схем, нейронные сети способны перестраиваться под задачу. В 2025 году компания Cortical Labs представила биокомпьютер CL1, органоиды которого научились играть в культовые видеоигры — в частности, в классический шутер Doom. Это стало наглядной демонстрацией того, что живая ткань способна обучаться и реагировать на внешние стимулы.
От развлечений к медицине
Потенциал «влажного железа» выходит далеко за пределы демонстрационных игр. В медицинских исследованиях органоиды позволяют изучать развитие аутизма — при выращивании из клеток пациентов с этим состоянием, — испытывать новые лекарства от болезни Альцгеймера и эпилепсии, а также анализировать влияние препаратов на память. Живая модель мозга дает ученым возможность наблюдать за процессами в условиях, максимально приближенных к реальным, что невозможно сделать на чисто компьютерных симуляциях.
Энергоэффективность против кремния
Одно из самых перспективных свойств биологических нейронных сетей — энергоэффективность. В отличие от мощных ИИ-серверов, которые требуют огромных затрат на питание и охлаждение, живые нейронные сети потребляют мизерное количество энергии для выполнения сложных вычислений. Для отрасли, где энергопотребление больших языковых моделей становится одним из главных ограничений, это потенциально меняет экономику всего направления.
Физические пределы и вопрос сознания
Несмотря на быстрое развитие отрасли, ученые сталкиваются с физическими и нравственными ограничениями. Размер органоидов ограничен примерно пятью миллиметрами в диаметре, и причина этого — отсутствие кровеносных сосудов, которые могли бы снабжать ткань питательными веществами. Параллельно ведется дискуссия о потенциальном возникновении сознания в выращенных тканях. Исследователи Университета Джонса Хопкинса отмечают, что пока не существует количественного научного определения сознания, которое можно было бы применить к ткани в чашке Петри. Социологи и философы из Университета Калифорнии в Сан-Диего добавляют, что сознание невозможно без полноценного чувственного опыта, а жизнь в стеклянной колбе не дает валидного объема восприятия окружающего мира. Впрочем, предоставление органоидам доступа к облачным сервисам и их интеграция в роботизированные системы поднимают новые философские вопросы, ответы на которые научное сообщество еще будет искать.
