В интервью РБК-Украина Мерле Майгре, бывшая глава Центра передового опыта НАТО по киберзащите (CCDCOE) в Таллине и руководитель центра компетенций по кибербезопасности в Академии электронного управления, провела разбор угроз, которые Россия создавала для Европейского Союза на протяжении 2026 года, и дала прогноз на 2027-й. По её оценке, Россия оставалась ключевым источником киберугроз для ЕС, и в этом нет ничего нового — тенденция лишь продолжалась. При этом, подчёркивает эксперт, сама по себе кибератака — не главная проблема: критичен способ, которым она вписана в более широкую картину давления на европейские государства.
Гибридная кампания, а не одиночные атаки
Центральный тезис Майгре состоит в том, что главный вызов для ЕС — не конкретные киберинциденты, а их интеграция в гибридную кампанию, сочетающую киберсредства с кинетическими действиями: поджогами, шпионажем, повреждением подводных кабелей в Балтийском море и разведывательными операциями. Киберсфера в этой логике выступает лишь одним из инструментов арсенала наряду с манипуляцией информацией и давлением на критическую инфраструктуру. «Здесь речь идет не столько о конкретных векторах угроз, сколько о стиле действий России», — формулирует эксперт, указывая, что именно системный характер кампании делает её более опасной, чем любая отдельная атака.
Четыре вектора угроз в 2026 году
Майгре выделяет четыре основных направления. Первое — кибершпионаж против правительств, оборонной и стратегических отраслей. Примерно 26 августа CERT-EU сообщил о кампании целевого фишинга против европейской оборонной промышленности с использованием вредоносных приманок для аутентификации; по её словам, точнее это был отчёт Google Threat Intelligence, связавший кампанию с группировкой UNC7005, предположительно связанной с Россией. Злоумышленники выдавали себя за финский операционный центр: после клика по ссылке появлялась кнопка «Войти через Google», а жертву перенаправляли на фальшивую страницу входа для похищения токенов аутентификации, что давало бы нападающим доступ к учётным записям. Второе направление — киберсаботаж критической инфраструктуры. Ярким маркером стало заявление Верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кайи Каллас 13 июля: по её словам, ЕС разоблачил 16-й центр ФСБ, руководящий рядом хакерских группировок, в частности Turla, которые атаковали правительственные сети стран-членов ЕС и саботировали критическую инфраструктуру. Ранее такие атаки были направлены против Франции, Германии, Польши, Кипра, Нидерландов и Австрии; в Польше, по данным, которые приводит эксперт, 16-й центр проводил деструктивные атаки на тепловые и электростанции. Третье — пророссийский хактивизм и DDoS-кампании, давний и продолжающийся тренд. Четвёртое — иностранное манипулирование информацией с использованием киберсредств и вмешательство в выборы: связанная с Россией операция Matryoshka распространяла сфабрикованный контент вокруг выборов в немецких землях и целенаправленно нацеливалась на кандидатов в президентских выборах во Франции 2027 года, причём, как отмечает Майгре, французская кампания фактически стартует уже сейчас.
Прогноз на 2027 год: то же самое, но изощрённее
Отвечая на вопрос о том, чего ждать в 2027 году, эксперт прогнозирует продолжение тех же сценариев, возможно в более изощрённых формах. Привычными целями останутся энергетика, транспорт, государственный сектор и медиа, а к этому списку Майгре добавляет финансовый сектор — по её формулировке, всё, что является «самым лакомым куском» для хакеров. Таким образом, прогноз строится не на появлении принципиально новых категорий целей, а на усложнении тактики и расширении перечня приоритетных отраслей.
Разные секторы — разная картина угроз
Говоря с эстонской перспективы, Майгре подчёркивает, что картина угроз существенно различается для банка, энергетической или телеком-компании и оборонного стартапа. Все они сталкиваются с киберпреступностью, но вероятность привлечь внимание связанных с российским государством акторов у них разная, и базовое правило здесь такое: имеет значение не размер компании, а то, в какой стратегической сфере она работает. Для банков угроза сосредоточена там, где деньги: основная опасность — финансово мотивированные преступники и мошеннические сети, причём, как отмечает эксперт, в ряде случаев это связанные с Украиной организованные группировки, похищавшие значительные суммы со счетов и сбережений жителей Эстонии. В 2025–2026 годах прошло несколько крупных расследований, в которых украинские правоохранительные органы, по её словам, хорошо сотрудничают; одним из самых резонансных дел она называет дело Артура Ермолаева, которого эстонские следователи идентифицировали как лидера связанной с Украиной мошеннической сети.