Переговоры вокруг иранской ядерной программы, которые последние дни напоминали шахматную партию на высшем уровне, внезапно вступили в новую фазу. Если Вашингтон рассчитывал на быструю победу и полный контроль над урановыми запасами Тегерана, то Иран решил перекроить правила игры. Высокопоставленное иранское джерело, пожелавшее остаться в тени, категорически отклонило одну из главных претензий США.
Уран остается в Иране
Вопрос, который казался безальтернативным для американской стороны, — вывоз высокообогащенного урана за пределы Ирана — был решительно закрыт. В Тегеране подчеркнули: никаких договоренностей о транспортировке стратегического сырья за границу не было и не будет. Это не просто технический нюанс, а принципиальная позиция, демонстрирующая суверенитет над собственными ресурсами.
«Не было достигнуто никакого соглашения о вывозе запасов высокообогащенного урана Ирана за пределы страны», — цитирует Reuters представителя Тегерана. Фактически, Иран говорит «нет» на языке жестов, оставляя уран в своих хранилищах как рычаг давления и гарантию безопасности.
Ядерный вопрос — это финал, а не начало
Иранская сторона четко разграничила этапы переговоров. То, что США могли воспринимать как неотъемлемую часть текущего меморандума, в Тегеране считают темой для будущего. Ядерная программа будет обсуждаться только на этапе заключения окончательного соглашения. Это стратегический ход: Иран не хочет связывать себе руки сейчас, оставляя пространство для маневра в будущем.
«Ядерный вопрос будет рассмотрен во время переговоров об окончательном соглашении и поэтому не является частью текущего соглашения», — уточнил собеседник агентства. Такой подход позволяет Ирану сохранить инициативу и не выглядеть уступчивым на начальном этапе диалога.
Ормузский пролив: кто на самом деле хозяин?
Параллельно с ураном разгорелся спор и вокруг Ормузского пролива — артерии, через которую проходит около 20% мировых поставок нефти и газа. Дональд Трамп ранее заявлял, что соглашение «в основном согласовано», намекая на открытие пролива для свободного судоходства. Однако иранские государственные СМИ быстро внесли ясность: контроль над проливом остается исключительно за Ираном.
В Тегеране заявили, что разрешения на прохождение судов и правила навигации будут определяться только Ираном. Это не просто формальность, а демонстрация силы: Иран напоминает миру, что он контролирует ключевые морские пути и не намерен отдавать эту власть кому-либо.
Что дальше?
Ситуация остается напряженной, но конструктивной. Иран не отказывается от переговоров, но диктует свои условия. США, в свою очередь, вынуждены пересматривать свои требования, учитывая реальность на земле. Если стороны не найдут компромисс, переговоры могут зайти в тупик. Но если они продолжат диалог, мир может увидеть новую архитектуру безопасности на Ближнем Востоке.