В феврале 2022 года Мария Кравчук находилась в Вене. Она прилетела в Австрию всего за несколько дней до начала полномасштабного вторжения. По плану она должна была вернуться в Киев ровно в тот день, когда началась война. Вместо дороги домой последовали месяцы вынужденного пребывания за границей, волонтерство и мучительное ощущение, что этого недостаточно.

«Мне было мало просто сортировать гуманитарную помощь. Хотелось быть дома. Хотелось приобщиться к тому, чтобы эта война закончилась быстрее», — вспоминает девушка.

Выбор пути: психолог или боевой медик

Мария вернулась в Украину и вступила в армию в 22 года. По образованию она дипломированный клинический психолог и младший лейтенант запаса. Однако судьба распорядилась иначе: она выбрала путь боевого медика. Сегодня её позывной — «Лита», в честь дня летнего солнцестояния, когда она с любимым человеком провела символическую церемонию бракосочетания.

За годы войны Мария прошла все этапы эвакуации раненых: работала на кейсеваках и медеваках, на стабилизационных пунктах, в реанимационном автобусе и была командиром экипажа.

Работа на грани жизни и смерти

Среди множества спасенных жизней есть истории, которые остаются в памяти навсегда. Одна из них — случай с пациентом, которому ампутировали ногу выше колена. Мужчина был в состоянии геморрагического шока, более 12 часов пролежал с турникетом. Эвакуировали его в чрезвычайно тяжелом состоянии.

«Мы получили пациента почти без сознания. Потом оказалось, что еще и медленно развивается пневмоторакс. Мы работали с раненым, стабилизировали, обезболивали. И очень приятно видеть, как человек, который фактически был между жизнью и смертью, начинает говорить, оживает на глазах, улучшаются показатели», — рассказывает Мария.

Однако есть и другие истории, которые не отпускают. Одной из самых тяжелых категорий травм Мария называет случаи, когда человек одновременно теряет зрение и руки. «Мой друг–реабилитолог говорит, что это одни из самых тяжелых травм для восстановления. Человек не видит и не может руками изучать мир вокруг себя».

Психология спасения и черный юмор

Вопреки своей основной медицинской функции, значительная часть службы Марии — это психологическая поддержка. Особенно это касается людей с тяжелыми ампутациями или потерей зрения.

«Самое важное – не начинать жалеть человека, тем более плакать. Вместо этого я рассказываю о друзьях, которые уже прошли реабилитацию, о людях, которые после ампутации вернулись к активной жизни. Важно показать человеку, что жизнь не закончилась», — говорит «Лита».

Еще один инструмент, который спасает не меньше лекарств, — юмор. «Иногда очень тупой юмор работает лучше всего», — убеждена она.

Цена выгорания

Мария признается, что со временем привыкаешь к виду тяжелых травм, крови и реанимации. Но есть вещи, к которым привыкнуть невозможно. «Горе других людей – это тяжело». Она вспоминает пожилую женщину, которая получила тело погибшего сына. «Мы просто оказывали ей помощь из-за резкого повышения давления. Но я до сих пор помню ее крик».

Именно такие моменты часто становятся причиной эмоционального истощения. Работа военного медика не имеет графика. Иногда день проходит спокойно, а иногда приходится работать без сна больше суток.

«Главная проблема – выгорание. Это ненормированный режим. Ты можешь полтора дня непрерывно работать с пациентами. Со временем организм начинает отключать даже инстинкт самосохранения», — предупреждает Мария.

Она вспоминает одну из ротаций в Херсонской области, когда осознала, что настолько истощилась, что перестала реагировать на опасность. По ним били «Грады», рядом лежало тело без головы, но она была настолько уставшей, что даже не пыталась прятаться. Именно тогда Мария поняла, что помощь нужна не только раненым, но и самим медикам. В 2024 году она стала участницей программы психологического восстановления Repower, которая проходила в Швеции.