Парламентские выборы в Израиле, прошедшие накануне, принесли результаты, которые в первые часы после закрытия избирательных участков не совпали с прогнозами опросов. Главный месседж израильской оппозиции в первые часы после голосования звучал как «Нетаньяху проиграл и должен уйти», а часть сторонников оппозиционных партий отмечала победу купанием в фонтанах. Однако уже к утру от эйфории не осталось и следа: по мере подсчёта голосов стало очевидно, что партия «Ликуд» уверенно занимает первое место, а провластный блок партий в целом обходит блок сионистов-оппозиционеров с заметным запасом.
Подсчёт на 85%: цифры, которые меняют расклад
По данным на момент подготовки материала, подсчитано почти 85% голосов. У партии Нетаньяху и его союзников в будущем Кнессете — 54 места, у сионистов-оппозиционеров — 49 мандатов, две арабские партии суммарно получают 17 мест. Впереди — вскрытие так называемых «двойных конвертов», то есть подсчёт голосов израильтян, голосовавших не по месту жительства. Львиная доля таких бюллетеней приходится на армейских резервистов, которых на этих выборах было как никогда много из-за напряжённой ситуации с безопасностью. Их голоса, по оценкам, в разной пропорции распределятся между «Ликудом», партией ультранационалиста Итамара Бен Гвира и сионистами-оппозиционерами, но в массе своей не уйдут ни арабским партиям, ни ультраортодоксальным формированиям, освобождённым от военной службы.
Порог в 61 голос: почему 17 мандатов арабских партий не решают задачу
В Израиле выиграть первое место на выборах — лишь начало. Главная задача — формирование коалиции из минимум 61 депутата в 120-местном парламенте. Израильское общество крайне фрагментировано, а проходной барьер в Кнессет составляет всего 3,25%, поэтому в сравнительно небольшой парламент проходит более десятка партий. В другой стране 17 мандатов арабских партий стали бы «золотой акцией», позволяющей любому из двух лагерей сформировать уверенное большинство. Однако в израильской политической реальности любой формат сотрудничества с арабскими партиями, представляющими около 20% избирателей, чаще расценивается избирателями как «предательство». Среди союзников Нетаньяху — ультрарелигиозные еврейские партии и ультранационалисты, открыто выступающие за дискриминацию арабского населения. Оппозиционеры-сионисты в среднем настроены чуть менее радикально, но накануне выборов ряд политиков из этого лагеря также категорически отверг возможность любого альянса с арабскими партиями. Возникает патовая ситуация, когда ни один из двух основных блоков не может самостоятельно набрать 61 голос.
Четыре сценария: от коалиции до новых выборов весной
Согласно анализу, события могут развиваться по нескольким сценариям. Мандат на формирование коалиции в первую очередь получит Нетаньяху, у которого на это отводится 28 дней с опцией продления ещё на 14. Если он не справится, право формировать правительство может перейти одному из представителей оппозиции. Если и у него ничего не получится, Израилю придётся идти на очередные парламентские выборы весной следующего года. Прецедент уже есть: в 2019–2021 годах страна прошла через серию из четырёх голосований менее чем за два календарных года. Дополнительным фактором остаётся практика так называемого «тушкования» — перехода депутатов из оппозиции в коалицию индивидуально или группами. Хотя из-за крайней поляризации общества этот механизм в Израиле не столь распространён, как в ряде других парламентских систем, он не исключён.
Рекордная явка и конфронтационная риторика
На этих выборах в Израиле зафиксирована рекордная явка с 1999 года. Активная конфронтационная риторика провластного блока, построенная по принципу «мы или они», очевидно, мобилизовала на участки как самих арабских избирателей, так и тех, кто наиболее жёстко настроен в их отношении. Главный объединяющий лозунг оппозиции на этих выборах был направлен против действующего премьера, однако, как показывает ход подсчёта, этого оказалось недостаточно для смены власти. Итоги выборов и последующая коалициада могут иметь последствия, выходящие далеко за пределы внутренней политической жизни Израиля, включая влияние на региональную безопасность и на ход войны в Украине, на которую Израиль оказывает существенное военное и разведывательное воздействие.
