Премьер-министр Украины Сергей Корецкий заявил, что альтернативного сценария использования замороженных российских активов не существует и что Киев вместе с международными партнерами обязан найти решение для их задействования. Об этом глава правительства сказал в рамках конференции YES Annual Meeting 2026, организованной Фондом Виктора Пинчука, сообщает РБК-Украина. Заявление прозвучало на фоне продолжающихся внутриевропейских споров о том, как легально перевести замороженные средства в инструмент поддержки Украины.

Заявление Корецкого: «мы выжили или нет»

По словам Корецкого, единственным критерием эффективности любых решений, принимаемых во время войны, является результат — «мы выжили или нет». Премьер подчеркнул, что на пути к выживанию, выстоянию и достижению мира в этой войне необходимо принимать, в том числе, непростые решения, которые Украина, по его словам, принимает ежедневно и рассчитывает на такую же реакцию от партнеров. «Нет сценария „плана Б“», — резюмировал он, напомнив, что международные партнеры уже пять лет помогают украинским военным удерживать фронт, а обществу и экономике — выстоять.

Механизм: от Euroclear к общему инвестиционному фонду

Корецкий сослался на идею, которую, по его словам, уже озвучил министр иностранных дел Бельгии: перевод замороженных активов РФ в специальный инвестиционный фонд. Такой механизм, по замыслу, должен распределить ответственность между странами-членами ЕС и снять опасения отдельных европейских лидеров, связанных с рисками для суверенных активов. В Европейской комиссии, как следует из контекста обсуждения, изучается в том числе вариант, при котором хранителем российских активов становится сам ЕС вместо бельгийского Euroclear или других национальных учреждений.

Позиция Бельгии и давление внутри ЕС

Напомним, что после полномасштабного вторжения в Украину российские государственные активы в ЕС были заморожены, и с того времени Киев пытается получить к ним доступ для использования в войне с РФ. Пока решение ЕС по использованию этих активов блокирует Бельгия, однако ряд стран ЕС оказывает давление на Брюссель, чтобы найти решение в пользу поддержки Украины. По данным Financial Times, четыре страны ЕС выдвинули Брюсселю требование использовать замороженные активы в интересах Украины.

Противоречивые данные

В публичном поле сосуществуют две полярные рамки трактовки одного и того же вопроса. Сторона Украины и ряда европейских партнеров рассматривает замороженные средства как легальный ресурс, который необходимо задействовать для ведения войны и восстановления, а сам механизм перевода в общий фонд описывается как способ «распределения ответственности». В то же время, по сообщениям Reuters, Россия требует от бельгийской финансовой компании (Euroclear) 249 млрд долларов в связи с замороженными активами, то есть квалифицирует их удержание как предмет судебного спора. Таким образом, одна и та же ситуация — блокировка активов в юрисдикции Бельгии — одновременно описывается как инструмент военной поддержки Украины и как объект исковых требований Москвы, а часть европейских медиа использует в заголовках формулировки о «присвоении» средств. Эти расхождения в оценках и цифрах отражают отсутствие на данный момент единого юридически заверенного решения ЕС.

Контекст: пять лет войны и вопрос «плана Б»

Выступление Корецкого вписывается в более широкий контекст: после пяти лет конфликта вопрос доступа к замороженным активам стал одним из ключевых в дискуссии о том, как довести поддержку Украины «до логического, положительного результата». Премьер прямо заявил, что с замороженными активами «должна быть четкая настройка найти решение — так или иначе», фактически исключив возможность отложить вопрос. Таким образом, заявление на конференции YES Annual Meeting 2026 фиксирует позицию Киева: без решения по активам и без готовности партнеров принимать «непростые решения» альтернативного сценария, по словам премьера, не существует.