Глава Офиса генерального прокурора Руслан Кравченко публично отклонил свою причастность к крышеванию мошеннических колл-центров и легализации имущества, полученного от их работы. Об этом, по сообщению РБК‑Украина, он написал в официальном Telegram‑канале генпрокурора, отреагировав на разоблачения антикоррупционных органов в рамках спецоперации «Карфаген». По его словам, утверждения НАБУ и САП о получении им средств от незаконных колл‑центров и их легализации «не имеют никакого подтверждения».
«Фото сейфа — это просто фото сейфа»
Комментируя один из самых резонансных артефактов дела, Кравченко заявил: «Разговоры это просто разговоры, как и фото сейфа с деньгами есть только фото сейфа с деньгами, что никакого отношения ни ко мне, ни к прокуратуре не имеет, а есть только, по утверждению адвокатов, фотографией из другого уголовного производства». Таким образом, защита настаивает на том, что изображение сейфа с наличными было изъято в рамках иного производства и не связано ни с самим чиновником, ни с деятельностью прокуратуры.
Комментарии к «бытовым» эпизодам
Отдельно Кравченко прокомментировал эпизоды, зафиксированные на пленках и ставшие подозрительными для следствия: путешествия его и супруги, покупку ноутбука и ремонтные работы в Козине, где сосредоточены частные дома многих чиновников. «О моих путешествиях и бытовых вопросах моей семьи любые расходы осуществлялись исключительно в пределах действующего законодательства и моих задекларированных доходов без каких‑либо нарушений», — подчеркнул он. По поводу визы и техники он добавил: «О получении визы в США и покупке ноутбука: моя жена самостоятельно готовила документы и получала визу, а нового ноутбука у нее нет!». Что касается дома в Козине, глава Офиса генпрокурора утверждает, что жилье арендуется с мая 2026 года, а до этого, с зимнего периода, там проводились ремонтные работы. «Мое постоянное место жительства будет задекларировано в соответствии с законом», — пообещал он.
Что установило следствие
На днях НАБУ и САП раскрыли подробности операции «Карфаген», касающейся крышевания незаконных колл‑центров и легализации имущества от их работы. Под обвинение попал заместитель начальника департамента международного сотрудничества Офиса генпрокурора Сергей Кропива, которого следствие считает куратором колл‑центров. Прокурор САП на заседании суда сообщил, что детективы зафиксировали общение генпрокурора с Кропивой 4 марта 2026 года: из разговора следует, что тот «находился под протекторатом генерального прокурора», что, по версии следствия, объясняет его «большие властные полномочия». На пленках также зафиксировано, что Кропива организовывал ремонт в доме в Козине, в том числе установку газового генератора, а незадолго до командировки Кравченко в Испанию организовал перелет туда его жены и сожительницы и планировал празднование дня рождения генпрокурора, который отмечается 14 марта, в Мадриде. Суд избрал Кропиве меру пресечения в виде заключения под стражу до ноября 2026 года с правом внесения залога в размере 120 млн гривен.
Противоречивые данные
Версии сторон по делу существенно расходятся. Антикоррупционные органы и прокурор САП представляют записи, из которых, по их утверждению, следует, что Кропива действовал «под протекторатом» генпрокурора и координировал бытовые и финансовые вопросы семьи Кравченко, включая ремонт в Козине и поездки в Испанию. Сам Кравченко эти выводы отвергает: он называет записи «просто разговорами», заявляет, что фото сейфа с деньгами относится к иному уголовному производству, опровергает покупку ноутбука супругой и объясняет аренду дома в Козине законной арендой с мая 2026 года. На момент публикации вина Кравченко в инкриминируемых деяниях не установлена, а его заявления и выводы следствия остаются конкурирующими версиями, которые будут проверяться в суде.
