Министерство финансов США зафиксировало исторический рубеж: государственный долг страны впервые в своей истории превысил отметку в 40 триллионов долларов. Показатель был зафиксирован на фоне растущих предупреждений экономистов о нарастающих фискальных рисках и несбалансированной траектории государственных финансов. Для контекста: в январе 2017 года, когда Дональд Трамп впервые принял президентскую присягу, долг составлял 19,95 триллиона долларов — то есть менее чем за десятилетие он вырос более чем вдвое.

Структура рекордного долга

Сумма в 40 триллионов долларов складывается из двух крупных компонентов. Первый — казначейские ценные бумаги, находящиеся в руках частных инвесторов, объёмом 32,266 триллиона долларов. Второй — внутригосударственные долговые обязательства на 7,782 триллиона долларов. Именно такая структура отражает то, что значительная часть заимствований обслуживается как внешними держателями, так и внутренними институтами, включая Федеральную резервную систему и различные фонды.

Как долг вырос вдвое за девять лет

Аналитики выделяют несколько ключевых драйверов роста. Приблизительно треть всего прироста пришлась на два года активных государственных заимствований для финансирования мер против пандемии COVID-19, которые проводились при президентстве Дональда Трампа и его преемника Джо Байдена. Остальные приросты обеспечили фискальные решения обоих президентов в сочетании с длительным дисбалансом между государственными расходами и доходами. За время каденции Байдена государственный долг вырос на 8,4 триллиона долларов; этот рост в значительной степени объяснялся затратами на восстановление после пандемии, а также масштабными расходами на инфраструктурные проекты, субсидии для чистой энергетики и другие приоритеты Демократической партии. Аналитический центр Committee for Responsible Federal Budget подсчитал, что фискальные решения обоих президентов ускорили наращивание долга по сравнению с тем, что предусматривало действовавшее на момент их вступления в должность законодательство.

One Big Beautiful Bill Act и дальнейший рост

Перспективы дальнейшего увеличения долга связаны с масштабным законодательным пакетом One Big Beautiful Bill Act, подписанным Дональдом Трампом во второй каденции. По данным беспристрастного бюджетного офиса Конгресса США, этот пакет добавит к долгу ещё 4,7 триллиона долларов. Аналитические организации, отслеживающие состояние государственных финансов, неделями ожидали пересечения порога в 40 триллионов и предупреждали о возможности полноценного долгового кризиса, если законодатели не обратят внимание на фискальную траекторию и не примут мер — повышения налогов, сокращения расходов или их комбинации. Директор Bipartisan Policy Center Маргарет Спеллингс накануне достижения отметки назвала этот «мрачный рубеж» очередным напоминанием о необходимости решить фундаментальный дисбаланс в государственных финансах.

Противоречивые данные

Среди экспертов существует заметное расхождение в оценке реальных рисков. Пессимистический лагерь, включая Committee for Responsible Federal Budget и ряд бюджетных аналитиков, настаивает, что несбалансированная фискальная траектория создаёт угрозу полноценного долгового кризиса и требует немедленных корректирующих мер. Противоположная, более техническая точка зрения подчёркивает, что долг США измеряется в собственной валюте — долларах, — поэтому Вашингтон всегда может обслуживать его, выпуская новые облигации, и дефолт технически маловероятен, пока заимствования номинированы в национальной валюте. Сторонники этой позиции указывают, что соотношение долг/ВВП в 120–130% (при ВВП свыше 29 триллионов долларов) высокое, но не уникальное: Япония держит показатель выше 250% и остаётся стабильной экономикой. Таким образом, одни аналитики видят назревающий кризис, другие — управляемую ситуацию, и обе версии присутствуют в публичном дискурсе.

Почему дефолт маловероятен: роль доллара

Ключевой фактор устойчивости — статус доллара как главной резервной валюты мира, на которую приходится около 55–58% мировых резервов центробанков. Это означает, что спрос на американские облигации как на «тихую гавань» сохраняется даже при росте долга. Рынок облигаций реагирует не на сам факт долга, а на ожидания о способности его обслуживать: пока доходность не взлетает резко вверх, рынок не фиксирует кризис «здесь и сейчас». Именно поэтому пересечение символического порога в 40 триллионов, несмотря на его новостной резонанс, не тождественно автоматическому финансовому шоку.

Влияние на валютные рынки и курс гривны

На фоне новостей о рекордном долге США и динамики американских активов 20 августа Национальный банк Украины снизил официальный курс доллара. Нацбанк покрывает дефицит валюты на рынке собственными интервенциями, благодаря чему гривна может как ослабляться, так и укрепляться в зависимости от ситуации. Кроме того, НБУ вводит новый пакет смягчения валютных ограничений, что фактически означает постепенное восстановление свободы движения частного капитала. Для инвесторов это добавляет ещё один фактор неопределённости: глобальные фискальные сигналы из Вашингтона теперь пересекаются с внутренней валютной политикой Киева.