Украина, по оценке практиков, сегодня является мировым лидером боевого применения наземных роботизированных комплексов (НРК). Ни одна другая армия не использует наземные дроны в реальной войне с такой интенсивностью и для столь широкого спектра задач. Об этом в авторской колонке для РБК-Украина рассказал Виктор Павлов, основатель Школы НРК и офицер батальона НРК 3-й отдельской штурмовой бригады Третьего армейского корпуса. Ключевой вывод колонки: технологическое преимущество во время войны временно, и сохранить его можно только через полный аудит техники, анализ причин разной эффективности подразделений и единую систему распространения боевого опыта.

Мировой лидер без сопоставимого опыта

Автор подчёркивает, что западные партнеры располагают сильными технологиями и большими ресурсами, но не имеют сопоставимого боевого опыта применения НРК. Россия, по его словам, также активно развивает это направление, однако пока уступает Украине. Таким образом, лидерство Киева строится не на превосходстве в производстве, а на уникальном, накопленном в боевых условиях опыте эксплуатации наземных роботов в реальных условиях фронта.

Масштаб: от единичных машин к целым подразделениям

Масштаб применения НРК, по словам Павлова, хорошо виден на примере Третьего армейского корпуса: в бригадах 3АК работают уже не единичные машины, а целые подразделения наземных роботизированных комплексов. По его данным, наземные дроны закрывают до 80% потребностей пехоты и выполняют около 90% эвакуаций тяжелораненых на переднем крае. Эти показатели иллюстрируют переход от точечного применения роботов к их системной интеграции в боевой порядок пехоты.

Операция «Вивальди»: десантирование в глубокий тыл

Отдельным примером автор называет наступательную операцию «Вивальди» Третьего армейского корпуса на севере Донетчины. На втором этапе, по его словам, тяжелые беспилотники-«бомберы» доставляли НРК-камикадзе более чем на 10 километров в тыл противника. Павлов характеризует это как первый в мире случай, когда в рамках наступления наземные роботы-камикадзе были десантированы с тяжелых БпЛА на таком расстоянии за линией фронта. При этом наземные роботы действовали в общем замысле с разведкой, ударными БпЛА, артиллерией, РЭБ, ПВО и пехотой, что, по оценке автора, показывает: результат создает не отдельная платформа, а согласованная работа всей системы.

Противоречивые данные

Здесь важно честно обозначить ограничение источников. Заявления о «мировом лидерстве», о первых в мире случаях десантирования и о конкретных долях (до 80% потребностей пехоты, около 90% эвакуаций) исходят из одного источника — авторской колонки офицера, — и не подкреплены в предоставленных материалах независимым аудитом или официальными сводками. Более того, сам автор признает, что значительная часть отрасли НРК до сих пор держится на инициативе отдельных командиров, подразделений, волонтеров и гибкости производителей, а системных данных по парку техники не существует — именно поэтому он и призывает к полному аудиту. То есть количественные показатели и статус «лидера» пока являются экспертной оценкой, а не верифицированной статистикой, и между громкими заявлениями о лидерстве и реальным отсутствием единой картины по технике есть заметный разрыв.

Почему лидерство не гарантировано

Павлов предупреждает, что технологическое лидерство во время войны не дается навсегда: противник изучает украинский опыт, а партнеры инвестируют в собственные роботизированные системы. Локальные успехи, достигаемые за счет инициативы командиров и волонтеров, дают сильный результат на местах, но не превращаются в общую практику всего войска. Без общей системы развития НРК накопленное преимущество рискует растеряться.

Аудит и рамка DOTMLPF-I

Первым шагом автор называет полный аудит: необходимо знать не только количество переданных подразделениям НРК, но и сколько из них исправны, сколько в ремонте, какие задачи выполняют и с каким результатом, а также данные о потерях, длительности ремонта, подготовке людей, наличии запчастей, связи, транспорта и инфраструктуры. По словам Павлова, эта информация уже частично существует, но разбросана: подразделения знают о реальном применении, производители — о характеристиках и сервисе, учебные структуры — о подготовке, а фонды и волонтеры видят дефициты, которые закрываются вне планового обеспечения. Для системного анализа причин проблем предлагается использовать рамку DOTMLPF-I, которую в НАТО применяют для оценки военных способностей: доктрина, организация, подготовка, материальная часть, лидерство, персонал, инфраструктура и взаимосовместимость. Цель — не составить рейтинг подразделений, а установить, почему нужный результат не создается стабильно.

Центр компетенций как аналитическое ядро

Министерство обороны, по словам автора, анонсировало создание Центра компетенций НРК как единой точки взаимодействия для производителей, военных и Генерального штаба. Именно этот Центр, по его замыслу, должен стать аналитическим ядром процесса: находить системные проблемы, определять их причины и готовить предложения для Генштаба и Минобороны. Таким образом, удержание мирового лидерства в применении наземных роботов, по оценке Павлова, зависит не от новых отдельных платформ, а от перевода разрозненного боевого опыта в управляемую, измеримую и воспроизводимую систему.