Президент Украины Владимир Зеленский в интервью американскому телеканалу CBS News изложил условия, при которых Киев готов принять так называемое «энергетическое перемирие». По его словам, во время визита в столицу Украины спецпосланники президента США Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера предложили подумать о прекращении ударов по нефтеперерабатывающим заводам и другим объектам энергетики. Зеленский подчеркнул, что Киев к такой договоренности готов, но при этом настаивает на конкретном механизме, который гарантировал бы ее соблюдение со стороны России. Ключевым требованием украинской стороны стало то, что Москва должна «положить на стол» перечень собственных объектов, которые не должны подвергаться атакам.
Что означает «энергетическое перемирие» для каждой из сторон
Отдельно Зеленский разобрал само понятие «энергетика», указав на принципиальную разницу в его понимании для Киева и для Москвы. По его формулировке, для Владимира Путина энергетика — это прежде всего продажа нефти и газа, тогда как для Украины это электроснабжение и газ для граждан. «Мой месседж был такой: если россияне готовы к энергетическому перемирию, это означает никаких ударов по энергетике», — заявил президент. Таким образом, украинская сторона трактует перемирие как взаимный отказ от ударов по всей энергетической инфраструктуре, а не как одностороннее ограничение, что, по сути, превращает договоренность в двусторонний режим прекращения огня в конкретном секторе.
Перечень объектов и логика деэскалации
Центральным элементом позиции Зеленского стало требование к России зафиксировать список защищаемых объектов. «Если они говорят: „Мы не атакуем эти объекты“, тогда они должны положить на стол перечень своих объектов — тех, которые они не хотят, чтобы мы атаковали», — подчеркнул он. Президент добавил, что даже в условиях войны возможно находить «определенные моменты для деэскалации», а сам факт ведения переговоров должен демонстрировать «добрую волю или политическую волю — завершить войну». Эта логика фактически перекладывает на российскую сторону ответственность за прозрачность: без публичного перечня объектов, по которым действует режим, проверка соблюдения перемирия становится невозможной.
Аграрный экспорт и продовольственная безопасность
Помимо энергетики Зеленский поднял вопрос, который, по его оценке, выходит за рамки двустороннего конфликта и затрагивает глобальную продовольственную безопасность. Он заявил, что блокада экспорта аграрной продукции недопустима, поскольку от нее зависят люди на других континентах. В качестве аргумента президент привел цифры: у России, по его словам, есть до 70 миллионов тонн сельскохозяйственной продукции на продажу, тогда как Украине необходимо продать около 30 миллионов тонн. «Это тоже в их интересах», — добавил Зеленский, указывая на то, что свободный экспорт зерна и другой продукции выгоден и российской стороне, и мировому рынку.
Противоречивые данные
В публичных заявлениях сторон прослеживается расхождение в том, на каком этапе находится договоренность. Ранее президент США Дональд Трамп заявил о якобы уже достигнутой между Украиной и Россией договоренности прекратить удары по энергетике, то есть представил ее как свершившийся факт. Зеленский же, комментируя ту же инициативу, использовал более осторожную формулировку: Киев «готов соблюдать» такую договоренность, но ожидает конкретного механизма гарантий со стороны России. Таким образом, Вашингтон описывает перемирие как согласованное, а Киев — как условно принятое и требующее верификации. Одновременно Россия, по словам спикера Кремля Дмитрия Пескова, положительно оценила идею Трампа, заявив, что РФ поддерживает контакты с американцами и выступает за мирные решения. Разница в тональности — от «договорились» у Трампа до «готовы, но нужен механизм» у Зеленского и «поддерживаем контакты» у Пескова — означает, что ни одна из сторон пока не подтвердила наличие юридически зафиксированного и проверяемого режима.
Совокупность заявлений показывает, что «энергетическое перемирие» остается на стадии политических намерений, а не работающего механизма. Для его реализации, по логике украинской стороны, необходимы минимум три элемента: публичный перечень защищаемых объектов со стороны России, взаимный отказ от ударов по энергетике и независимый способ верификации. До тех пор, пока эти элементы не будут зафиксированы, любая договоренность о прекращении ударов по энергетике будет восприниматься Киевом как декларация, а не как гарантированный режим.
