По данным расследования «Украинской правды. Оборонка», на которое ссылается РБК-Украина, украинские подразделения в 2026 году столкнулись с острым дефицитом бронированной техники для медицинской эвакуации. При этом государство, хотя и с опозданием, законтрактовало десятки тысяч наземных роботизированных комплексов (НРК), в то время как новые контракты на бронеавтомобили в течение года практически не заключались. Как отмечают опрошенные издание военные, медики и представители оборонного сектора, роботы и броневики не должны конкурировать друг с другом, а должны работать как части единой системы эвакуации.
Ставка на роботов: что закупило государство в 2026 году
В 2026 году наземные роботизированные комплексы стали одним из ключевых направлений оборонных закупок. По информации деловых изданий, Минобороны заключило 19 контрактов на сумму около 11 млрд гривен на поставку НРК для ВСУ, а аналитики называют робототехнику потенциальным новым фокусом оборонного рынка текущего года. Государство, таким образом, сделало значительную ставку на автономные и дистанционно управляемые платформы, рассчитывая снизить потери личного состава на передовой.
Медэвакуация как система: почему НРК и броневик не взаимозаменяемы
Военные объясняют логику двухэтапной эвакуации: на наиболее опасном участке робот забирает раненого и вывозит его из-под огня переднего края, после чего бронированная медицинская машина быстро подхватывает пациента. Такой подход одновременно снижает риск для экипажа и позволяет раньше начать полноценную медицинскую помощь. Бронированная машина, в отличие от большинства наземных роботов, позволяет начинать интенсивную терапию уже во время движения: по словам медиков, броневики оборудованы аппаратами ИВЛ, системами мониторинга, внешними дефибрилляторами и кардиопомпами. Были случаи, когда прямо в машине медики начинали переливание крови и проводили сердечно-лёгочную реанимацию.
80% дефицита: оценка медслужбы 2-го корпуса
Наиболее показательной является оценка начальника медицинской службы 2-го корпуса НГУ «Хартия» Богдана Корильчука: по его словам, дефицит медицинских бронемашин для второго этапа эвакуации сейчас составляет 80%. Командиры Первого отдельного медицинского батальона, непосредственно эвакуирующие раненых с помощью НРК, предупреждают, что длительное ожидание эвакуации ухудшает состояние бойца: из-за отсрочки развиваются углубление гипотермии и геморрагический шок из-за ослабления турникета. Броня, по их словам, позволяет эвакуационной группе пойти на больший риск, если состояние раненого резко ухудшается и он теряет сознание в капсуле робота.
Ограничения роботов на поле боя
Вместе с тем опрошенные военные указывают на ограничения НРК. Военнослужащий и соучредитель «Центра поддержки аэроразведки» Игорь Луценко отмечает, что современные НРК во многих случаях не отвечают требованиям к эвакуации живых раненых из-за низкой скорости и уязвимости. Руководитель службы роботизированных систем батальона «Волки Да Винчи» 59-й бригады ВСУ Александр Ябченко добавляет, что даже быстрые роботы не являются универсальным решением: на реальном поле их скорость ограничивают состояние дорог, рельеф и качество связи. В условиях расширения зоны поражения российских FPV-дронов скорость эвакуации и возможность оказать помощь до прибытия на стабилизационный пункт напрямую влияют на шансы раненого выжить.
Противоречивые данные
Между официальной стратегией и оценками практиков есть заметное расхождение. С одной стороны, государство в 2026 году сделало ставку на массовые закупки НРК, рассматривая их как инструмент снижения потерь. С другой стороны, непосредственные участники эвакуации подчёркивают, что роботы не заменяют бронированные медицинские машины, а лишь дополняют их, и что дефицит последних критичен (оценка в 80% дана одним руководителем медслужбы и не подтверждена независимым аудитом). Кроме того, часть опрошенных указывает на техническую неподготовленность многих НРК к эвакуации живых раненых, что ставит под вопрос тезис о достаточности роботизированных комплексов как единственного решения.
Открытый вопрос по финансированию производства
По информации «УП», с начала 2026 года с одной из стран-партнёров велись переговоры о финансировании производства большого количества украинских медицинских бронеавтомобилей. Издание обратилось с запросом к ответственному заместителю министра обороны о текущем статусе проекта, однако ответа не получило. Таким образом, вопрос о том, будет ли дефицит закрыт за счёт совместного производства, на момент публикации остаётся открытым.
