В Украине тысячи людей после ампутации конечностей заново учатся жить. Современные протезы позволяют возвращаться к привычному ритму, работать, заниматься спортом и даже нести военную службу. Однако путь к восстановлению начинается задолго до первых шагов на протезе — и проходит через слепки, коррекции, фантомную боль и месяцы реабилитации. Корреспондентка РБК-Украина побывала в сети центров протезирования «Без обмежень» в Киеве и рассказала, как люди проходят путь от первого слепка до полноценной жизни с протезом.

Командир, который не снял форму

Ежедневно британец Рис с позывным «Сноу» надевает протез ноги и отправляется на командно-наблюдательный пункт. Он — командир подразделения иностранных добровольцев «Snow Storm» (Снежная буря) в 3-й отдельной штурмовой бригаде, который, несмотря на ампутацию, продолжает службу. «Я уже гражданин Украины, поэтому защищать её — теперь это мой долг», — объясняет 27-летний «Сноу» свою мотивацию оставаться на фронте. Ранее Рис служил в регулярной армии Великобритании, участвовал в операции в Мали. В 2023 году как доброволец приехал воевать за Украину: сначала служил в Территориальной обороне, затем в подразделении ГУР «Омега», а впоследствии присоединился к 3-й ОШБ. В Часовом Яру Рис с группой бойцов уничтожил десять врагов, а затем семь километров пронёс раненого побратима в безопасное место, за что получил отличия президента Украины «За оборону Украины». Эта награда помогла ему получить гражданство.

От ампутации до первых шагов

«В сентябре прошлого года мы должны были уже идти на ротацию, отходили с позиции, когда нас атаковал FPV. Помню, как смотрю — а у меня пол ноги нет. Все остальные из нашей группы уцелели», — вспоминает «Сноу». Рису ампутировали конечность на уровне голени, а через три-четыре месяца лечения начался этап протезирования. «Мне предлагали поехать в Англию, США, Германию и Швейцарию, но я выбрал Украину. Здесь специалисты имеют больший опыт. Первые месяцы я фантомно чувствовал ногу, она будто жгла, но когда впервые стал на протез — всё прошло. Первые уверенные шаги без костылей я сделал уже после третьего занятия», — рассказывает он. Тренировочный протез для Риса изготовили за два дня. Все расходы на изготовление, установку и дальнейшую реабилитацию покрыла государственная программа.

«Техосмотр» и коррекция: как ухаживают за протезом

«У Риса не было сопутствующих травм, поэтому это облегчило реабилитацию. Он уже дважды приходил на коррекцию куксоприемной гильзы — части протеза, которая плотно прилегает к ампутированной конечности (куксе) и удерживает протез. Это нормальный процесс, поскольку спадает лимфа и нога худеет», — объясняет слесарь протезно-ортопедических изделий Александр Чухманенко. Протез Риса рассчитан на три-пять лет, однако периодически необходимо проходить «техосмотр». «Сейчас я могу ходить, бегать, прыгать. Когда в отпуске, то регулярно занимаюсь в спортзале. Никаких ограничений для службы не имею. Бывает, от длительного сидения на командно-наблюдательном пункте отекает кукса. Тогда встаю, чтобы походить. Поначалу, чтобы снять и надеть протез, тратил 10–15 минут, сейчас — не дольше минуты», — делится «Сноу».

Государственная программа: 44 тысячи протезов и 8 миллиардов гривен

История Риса «Сноу» — лишь один пример того, как в Украине работает система протезирования. Только с начала полномасштабной войны более 44 тысяч человек получили протезы конечностей по государственной программе. Она покрывает все этапы — от изготовления и установки протеза до реабилитационных занятий, технических осмотров и пожизненной замены изделий как для военных, так и для гражданских. Пациенты по государственной программе могут самостоятельно выбирать центры для протезирования. Предельные суммы зависят от вида изделия и его функциональных возможностей; для участников боевых действий действуют втрое более высокие лимиты. В 2026 году на обеспечение украинцев вспомогательными средствами реабилитации и протезами выделили около 8 миллиардов гривен.

«Протезирование в Украине — на высшем уровне»

«Протезирование в Украине уже на высшем уровне, чем за рубежом, потому что имеем постоянную практику. Наши протезисты ездят на стажировку в Европу и США, чтобы учиться новому, но там нет такого количества пациентов. Зато у нас очень разные клинические случаи, которые нам приходится решать. На моей практике Рис не единственный иностранец, который протезировался в Украине, а потом вернулся на службу», — говорит Александр Чухманенко. Сам «Сноу» отмечает, что украинцы, видя людей с ампутациями, всегда готовы помочь, хотя инфраструктура для лиц с инвалидностью, по его словам, пока уступает британской. «Людям, которые сейчас в начале пути к протезированию, я бы сказал, что жизнь продолжается. Ампутация не повод останавливаться. Ту часть себя, которую потерял когда-то, я потом отыскал», — завершает он.