Лариса Руснак — имя, которое в Украине ассоциируется сразу с несколькими сферами: народная артистка, легенда дубляжа, узнаваемое лицо телевидения. В свежем интервью для Wave RBC.UA она сознательно уходит от образа «идеальной звезды» и говорит о себе как о человеке, который научился не бояться несовершенства. Разговор охватывает путь от первых массовок в театре Франко до глубоких ролей в спектакле «Одиссея» Ивана Урывского и фильме «Хатник», а также личные переживания после утраты матери и переосмысление профессии через призму войны. Руснак подчёркивает, что смелость для неё — не отсутствие страха, а осознанный выбор быть настоящей, даже когда это неудобно.

Первые шаги: от массовки до главной роли

Карьера Руснак в театре началась в классической последовательности — театральный институт, затем труппа театра Франко, где она работает по сей день. Однако путь к первой значимой роли оказался быстрее, чем она, вероятно, ожидала. «Я начинала очень активно. Хотя играла всё: все массовки были мои, но почти сразу я получила главную роль — Благочестивую Марту», — вспоминает актриса. Поводом стала банальная, но типичная для театральной жизни ситуация: актрисы чуть старше неё начали беременеть, и их роли потребовало заменить. Для молодой артистки это стало настоящим «вау-эффектом»: «бабочки внутри, фейерверки, радость».

Но за этим успехом следовали годы, которые Руснак описывает как период болезненного привыкания к главной «минусе» профессии — множеству отказов. «Пока не привыкла, было очень сложно. Я переживала, что со мной что-то не так, что я плохая актриса, и меня больше нигде не возьмут», — признаётся она. Со временем это восприятие трансформировалось: отказ перестал быть приговором и стал «опытом», который «подталкивает к новым нейронным связям». Сегодня Руснак говорит, что «даже радуется» таким случаям, потому что они вынуждают расти.

«Одиссея»: статика матерей Мариуполя

Одной из ключевых театральных работ последних лет Руснак называет спектакль «Одиссея» в постановке Ивана Урывского — её вторую совместную работу с режиссёром после «Марии Стюарт». Драматургию написал Алексей Доричевский, взяв за основу «Одиссею» Гомера, но вплетя в неё современный контекст: Мариуполь, 2022 год, защитники города. Роль Руснак — обобщённый образ матери, не выстроенный характер, а «та маму, которую я себе представляю, потому что знакома со многими матерями, которые ждут».

Актриса делает акцент не на персонаже, а на природе спектакля: это «довольно статичная история», и именно статика, по её словам, «порой бывает гораздо сложнее и выразительнее», чем динамика с внешними переходами. Задача артистки — наполнить эту статику «энергией матерей, которые ищут детей, бьются головой о стену, чтобы узнать хоть какую-то информацию, и часто наталкиваются только на бюрократию и 'мы ничего не можем сделать' — это доводит до безумия». При этом Руснак подчёркивает: «Эти женщины чрезвычайно сильны. Для каких-то внешних проявлений здесь почти нет места, и, пожалуй, для этой истории оно и не нужно».

«Хатник» и дом как раковина улитки

В кино Руснак снималась в фильме «Хатник» — истории о доме, семье и корнях. Сюжет, который она кратко пересказывает для зрителей: девушка хочет продать родительский дом, чтобы выплатить долги за собственную кофейню, но при осмотре встречает в нём хатника, который делает всё, чтобы она не продала это место. Сама Руснак определяет дом для себя через метафору: «Для меня дом — это место, куда можно спрятаться, как улитка в раковину». При этом она сама же цитирует персонажа из «Одиссеи», который разрушает эту иллюзию: «Ты не спрячешься. Где твой дом? Там уже никого нет, там все заняты своими делами».

Утрата, внутренняя сила и переосмысление

Отдельная нить интервью — переживание утраты матери. Руснак говорит об этом с характерной для неё откровенностью, не скрывая боли, но и не позволяя ей определить всю свою личность. «Я ей очень благодарна», — эта фраза из заголовка материала Wave RBC.UA отражает ключевой посыл: утрата стала не только потерей, но и катализатором внутреннего переосмысления. Актриса рассказывает, что научилась «допускать мысль, что, возможно, действительно что-то не так с тобой» — даже когда в пиковый момент кажется, что «все очевидно и правда на твоей стороне». «Нужно выдохнуть, отстраниться от ситуации и, возможно, там есть твоя ошибка. Нужно допустить, что ты тоже можешь быть неправа».

Эта философия — «смелость вместо комплексов», готовность быть несовершенной — Руснак называет своим главным профессиональным и личным принципом. Она не боится говорить о том, что в пиковые моменты критики «казалось несправедливым по отношению ко мне», но со временем выработала «внутреннюю силу духа», которая позволяет смотреть шире, чем только на справедливость к себе.

Телевидение: двадцать лет в эфире и неожиданный финал

Помимо театральной и кинокарьеры, Руснак долгие годы была узнаваемым лицом украинского телевидения. По данным 24tv.ua и Obozrevatel.com, она более двадцати лет вела популярное шоу «Лото-Забава», а её уход из проекта, по собственному признанию, стал болезненным и неожиданным: «Подарили часы, как пенсионерке», — так она описала момент, когда после двух десятилетий в эфире её «неожиданно убрали» из программы. Этот эпизод, который она впервые подробно прокомментировала в публичном пространстве, стал ещё одним подтверждением того, что в её профессиональном пути отказы и неожиданные разрывы — не исключение, а часть общего опыта, к которому она научилась относиться с той же «внутренней силой», о которой говорит в интервью Wave.

Полное интервью с Ларисой Руснак доступно на YouTube-канале Wave. Сокращённая версия, на основе которой подготовлен данный материал, опубликована на сайте Wave RBC.UA.