Рынок энергоносителей вновь продемонстрировал высокую волатильность. 4 августа цены на нефть подскочили, отражая неопределенность в дипломатических отношениях между США и Ираном. Инвесторы с тревогой следят за развитием событий, опасаясь новой эскалации конфликта.

Резкий разворот котировок

Фьючерсы на нефть марки Brent с поставкой в ближайший месяц прибавили 1,04 доллара, что составляет 1,24%. Стоимость барреля достигла отметки в 84,81 доллара. Этот рост выглядит особенно контрастным на фоне предыдущих торгов: накануне котировки Brent рухнули на 7%, опустившись до минимального уровня за последние три недели.

Схожая динамика наблюдается и у американской нефти. Марка West Texas Intermediate (WTI) подорожала на 30 центов, или 0,37%, до 80,64 доллара за баррель. Стоит отметить, что на прошлой сессии ее стоимость снизилась более чем на 5%, достигнув дна почти за неделю.

Дипломатический тупик

Ключевым фактором, влияющим на рынок, стали противоречивые заявления лидеров стран. Ранее президент США Дональд Трамп заявил о временном воздержании от новых ударов по Ирану до завершения переговоров по прекращению войны. Это сообщение стало катализатором для резкого падения цен накануне.

Однако ситуация усложнилась опровержением со стороны Тегерана. 3 августа спикер Министерства иностранных дел Ирана Эсмаил Багаи заявил, что никаких переговоров и запланированных встреч с США на данный момент не существует. Такое несоответствие в позициях сторон вновь ввергло рынок в состояние неопределенности.

Осторожность инвесторов

Эксперты отмечают, что рынок остается крайне чувствительным к геополитическим новостям. Исследовательский стратег Pepperstone Ахмад Ассири пояснил, что текущий рост цен свидетельствует о том, что инвесторы все еще не готовы в полной мере закладывать в стоимость риск новой эскалации.

На фоне этих событий Дональд Трамп также озвучил возможные сроки полного открытия Ормузского пролива, стратегически важного для мировой торговли. В то же время президент США продолжил жесткую риторику, угрожая Ирану «полной капитуляцией» и ядерным разоружением, параллельно объясняя причины своего недавнего «заднего хода» в эскалации конфликта на Ближнем Востоке.