Украинские киберспециалисты сообщили о завершении масштабной операции под кодовым названием «Посейдон», в ходе которой, по их утверждению, была полностью скомпрометирована научная и производственная база военно-морского назначения России. Об этом 21 сентября 2026 года информирует РБК-Украина со ссылкой на телеграм-канал Ukrainian Militant. По заявлению хакеров, под прицелом оказались ведущие научные организации, конструкторские бюро и заводы РФ, непосредственно разрабатывающие вооружение и боевые системы для флота. Операция, как утверждают её участники, стала одной из наиболее результативных в истории украинского киберсопротивления.
Масштаб похищенных данных: 70 проектов от «Варшавянки» до новых корветов
Согласно опубликованным Ukrainian Militant скриншотам, в распоряжение хакеров попала полная конструкторская база, охватывающая 70 проектов кораблей, судов и подводных лодок. В перечне фигурируют как давно известные классы боевых кораблей, так и новейшие разработки, включая проекты корветов и модернизированные версии надводных и подводных единиц. Хакеры подчёркивают, что речь идёт не о фрагментарных утечках, а о системном захвате архива, позволяющего восстановить полный цикл разработки от начального ТЗ до серийного производства.
Технический арсенал: от тактико-технических задач до математического обеспечения
По заявлению участников операции, полученный массив включает исчерпывающий технический арсенал по каждому проекту: тактико-технические задачи, технические условия, руководства по эксплуатации, структурные и электрические схемы, а также алгоритмы и математическое обеспечение бортовых систем. Такой набор документов, по оценкам экспертов в области военно-технической разведки, позволяет не только понять принципы работы конкретных комплексов, но и воспроизвести ключевые элементы их архитектуры. Особый интерес представляют материалы по российским военным испытаниям, которые, согласно скриншотам, также были затрофеены.
Перспективные системы: «Касатка», «Андромеда» и другие
Среди похищенных материалов хакеры выделяют комплексы «Симфония», «Чардаш», «КАМА-НС-ВК», «Спрут-Н1», «Прилив» и систему 14Ц217. Отдельный блок составляют перспективные разработки: «Касатка», «Ветер», «Беринг», «Дирижер», «Полигон», «Андромеда» и «Сигал-М». Появление в открытом доступе информации о проектах, которые до этого не фигурировали в открытых источниках, свидетельствует о том, что атакованные организации вели работы на этапе, предшествующем государственной приёмке или публичному анонсу.
Грифы секретности и значение для разведывательного баланса
Особое значение операции, по утверждению хакеров, добавляет тот факт, что большая часть похищенных документов имеет высокие ограничительные грифы секретности. В массиве присутствуют материалы с пометками «секретно» и «совершенно секретно», а также внутренние требования по противодействию иностранным техническим разведкам. Если данные сведения подтвердятся, это означает, что в руки стороннего актора попали документы, доступ к которым в российской системе защиты информации ограничен узким кругом лиц с соответствующими допусками.
Противоречивые данные
На момент публикации все сведения об операции «Посейдон» исходят из одного канала — телеграм-аккаунта Ukrainian Militant, на который ссылается РБК-Украина. Независимое подтверждение со стороны украинских или западных официальных структур, а также реакция российского Министерства обороны или ФСБ на момент подготовки материала не зафиксированы. Российская сторона традиционно не комментирует подобные заявления либо опровергает их в обобщённой форме. Таким образом, конкретные цифры (70 проектов), перечень систем и грифы секретности пока не верифицированы вторым независимым источником. Украинская сторона позиционирует операцию как завершённую и успешную, однако публичная демонстрация скриншотов не позволяет в полной мере оценить объём и подлинность похищенных архивов.
В любом случае, даже при частичном подтверждении, операция «Посейдон» демонстрирует устойчивую тенденцию: киберпространство становится полем, где военно-технический паритет определяется не только на верфях и в полигонах, но и в серверных залах конструкторских бюро. Для Киева это инструмент асимметричного давления, для Москвы — сигнал о необходимости пересмотра архитектуры защиты закрытых промышленных данных.
