Президент Ирана Масуд Пезешкиан в воскресенье, 13 сентября, опубликовал в социальной сети X прямое обращение, в котором осудил действия Соединённых Штатов на фоне продолжающегося регионального конфликта и бросил вызов американским вооружённым силам. «Если американцы — воины, пусть им предстоит сразиться с нашими доблестными вооружёнными силами, — написал глава иранского государства. — Наш народ нельзя сломить запугиванием. Иран не сдастся». Заявление прозвучало в момент, когда, по данным иранских и международных наблюдателей, военные столкновения в регионе набирают интенсивность, а экономическое давление на Тегеран усиливается.
Гуманитарный аспект и «систематические попытки» подорвать население
В том же послании Пезешкиан акцентировал внимание на гуманитарных последствиях конфликта. Он указал, что ограничения и нападения, направленные на продовольствие, воду и медикаменты, являются свидетельством «систематических попыток подорвать моральный дух населения». По словам президента Ирана, любые усилия добиться уступок путём давления на экономику и инфраструктуру страны будут тщетными. Он подчеркнул стойкость Ирана перед лицом внешнего давления и заявил, что американским силам следует противостоять иранской армии напрямую, а не причинять вред мирному населению.
Дипломатический трек: БРИКС, ОАЭ и встреча в Нью-Дели
Риторика Пезешкиана прозвучала на фоне заметной дипломатической активности. Накануне, 12 сентября, лидеры Ирана и Объединённых Арабских Эмиратов совместно подписали заявление БРИКС, призывающее к сдержанности в ближневосточном конфликте. Этот шаг был расценён наблюдателями как признак дипломатического прогресса между двумя странами, отношения между которыми обострились из-за войны, учитывая, что ОАЭ являются союзником Соединённых Штатов. В кулуарах первого дня саммита БРИКС в Нью-Дели Пезешкиан также встретился с наследным принцем Абу-Даби — это была первая встреча на столь высоком уровне между двумя государствами с момента начала конфликта. Пресс-служба Абу-Даби сообщила в X, что лидеры обсудили региональные и международные вопросы, деэскалацию напряжённости, поддержание стабильности и усилия по содействию миру и развитию в регионе. При этом в официальном заявлении не упоминаются конкретные результаты переговоров.
Противоречивые данные
Анализ доступных источников выявляет определённую напряжённость между двумя параллельными нарративами. С одной стороны, Пезешкиан в своём обращении от 13 сентября говорит об «эскалации военных столкновений» и бросает прямой вызов американским вооружённым силам, что указывает на активную фазу конфликта. С другой стороны, ряд российских и казахстанских изданий (1prime.ru, news.mail.ru, zakon.kz) в июне и в более поздний период сообщали о существовании «меморандума» или «соглашения» между Ираном и США, а также о том, что Тегеран намерен «выполнить обязательства» по этому документу. Более того, источник zakon.kz формулирует позицию Ирана как «диалог не означает капитуляции», что предполагает наличие переговорного трека. Таким образом, возникает вопрос: является ли текущая эскалация нарушением ранее достигнутого соглашения, или же меморандум и военное противостояние существуют параллельно, в разных сферах? Ни один из доступных источников не даёт однозначного ответа на этот вопрос, и обе версии — и о продолжающемся давлении, и о действующем дипломатическом механизме — остаются в поле зрения.
Контекст: почему Нью-Дели и БРИКС становятся ареной ближневосточной дипломатии
Совпадение резкого риторического эскалационного заявления Пезешкиана с дипломатической активностью на саммите БРИКС в Нью-Дели создаёт сложную картину. С одной стороны, Иран демонстрирует внутреннюю и внешнюю твёрдость, апеллируя к патриотическим мотивам и призывая к прямому военному противостоянию. С другой — Тегеран активно использует многосторонние площадки, включая БРИКС, для легитимации своей позиции и поиска посредников. Встреча с наследным принцем Абу-Даби, хотя и не принесла публично оглашённых результатов, сама по себе сигнализирует о том, что Иран не закрывает каналы коммуникации даже с союзниками США. В условиях, когда экономическое давление и военные столкновения продолжаются, именно такие «тихие» дипломатические контакты могут стать ключевым механизмом деэскалации — или, напротив, индикатором того, что стороны готовятся к дальнейшему обострению, параллельно ведя информационную игру.
