История превращения донецкого «Шахтера» из клуба, балансирующего на грани выживания, в одного из главных футбольных брендов Европы, неразрывно связана с драматическими событиями октября 1996 года. В интервью изданию The Guardian президент клуба Ринат Ахметов вспомнил о роковом дне, когда он оказался в пяти секундах от смерти, и о том, как эта трагедия определила его дальнейший путь.

Пять секунд до взрыва

События разворачивались в тот момент, когда Ахметов и его близкий друг, тогдашний президент «горняков» Ахат Брагин, ехали на стадион на матч. Из-за пятиминутного опоздания Брагин выскочил из машины и побежал к входу. Ахметов последовал за ним. Именно это решение спасло жизнь предпринимателю: он оказался в пяти секундах от взрыва, устроенного террористами.

«Это была трагедия, он был близким другом. Если бы он был жив, он бы сделал для Шахтера много хорошего», — поделился Ахметов, вспоминая погибшего соратника.

Клуб на дне

Смерть Брагина оставила «Шахтер» в катастрофическом положении. Клуб оказался заброшенным, лишенным элементарной инфраструктуры. У команды не было собственного стадиона, тренировочной базы, а для поездок на матчи не хватало даже автобуса. Финансовое состояние было плачевным: игроки зарабатывали по 200–300 долларов в месяц, а клуб постоянно терпел убытки.

Риск, который изменил всё

В этот критический момент к Ахметову обратились с просьбой взять управление командой на себя. Инициативу проявили многие представители власти, а также вдова погибшего Ахата Брагина. В то время Ахметову было всего 30 лет. Он признался, что не был уверен в успехе своих амбиций в бизнесе и сомневался, сможет ли он справиться с управлением футбольным клубом.

Однако в октябре 1996 года он принял решение стать президентом «Шахтера». Его заявление о цели выиграть чемпионат вызвало скепсис и насмешки. В то время киевское «Динамо» с Андреем Шевченко и Олегом Ребровым находилось на вершине украинского футбола, и конкуренция казалась невозможной.

«Все называли меня сумасшедшим. Люди насмехались надо мной, но теперь им не до шуток», — заключил Ахметов, подтвердив, что его тогдашние сомнения были преодолены, а скептики оказались не правы.