Главное управление разведки Министерства обороны Украины сообщает о системном дефиците авиационного керосина в России, который, по данным ведомства, вынуждает Кремль закупать иностранное топливо Jet A-1. Как передаёт РБК-Украина со ссылкой на ГУР, причина — значительное сокращение собственного производства авиационного керосина на фоне серии ударов по нефтеперерабатывающим заводам РФ. На иллюстрации к материалу — российский многоцелевой бомбардировщик‑штурмовик Су‑34, типичный потребитель авиатоплива в составе ВКС, что наглядно подчёркивает зависимость военной авиации от бесперебойного снабжения горючим.

Удары по НПЗ и сжатие внутреннего производства

По версии украинской военной разведки, последовательные атаки по нефтеперерабатывающим мощностям привели к тому, что внутренних ресурсов авиакеросина стало недостаточно ни для наращивания воздушных ударов по территории Украины, ни для обеспечения гражданских перевозок. В этих условиях, утверждает ГУР, в РФ официально введён временный запрет на экспорт собственного авиатоплива — мера, которая, по логике ведомства, сама по себе свидетельствует о напряжённости на внутреннем рынке и попытке удержать горючее для приоритетных потребителей.

Теневой флот и поставки из Южной Кореи и Египта

Разведка установила, что для восполнения дефицита Россия задействовала теневого флот: три танкера, по данным ГУР, доставили в порты Санкт‑Петербурга и Владивостока суммарно 70 тысяч тонн горючего Jet A-1, вывезенного из Южной Кореи и Египта. Использование «серых» маршрутов и иностранных портов, по оценке ведомства, характерно для логистики, которую Москва предпочитает не афишировать в официальной статистике импорта.

Совместимость Jet A-1 с советско‑российскими аналогами

Ключевым техническим аргументом в пользу того, что импортное топливо действительно закрывает потребность ВКС, ГУР называет полную совместимость Jet A-1 с советско‑российскими аналогами ТС‑1 и РТ. Это означает, что иностранный керосин можно использовать в существующих двигателях и системах топливоподачи без доработок, что делает логистическую замену практически бесшовной для операторов боевой и транспортной авиации.

Противоречивые данные

Здесь важно честно развести два уровня информации. Контекст топливного кризиса — закрытие АЗС, лимиты и перебои в снабжении, по сообщениям, в 16 регионах РФ, — подтверждается независимой от ГУР публикацией делового издания, что делает сам факт давления на рынок топлива более надёжным. Однако конкретные цифры импорта — «три танкера», «70 тысяч тонн», «Южная Корея и Египет» — опираются на единственный источник: оценку военной разведки Украины. Российская сторона эти параметры публично не подтверждала, а независимая верификация маршрутов и объёмов в открытых данных отсутствует. Таким образом, широкое утверждение о дефиците и импорте подкреплено, тогда как точная логистика остаётся разведывательной оценкой одного ведомства.

Шире контекст: переговоры об ударах и раскрытая биолаборатория

Параллельно разведывательные и политические линии Украины, по имеющимся заявлениям, развиваются в нескольких направлениях. Глава Офиса президента Украины Кирилл Буданов ранее отмечал, что предпринимались попытки договориться с РФ о взаимном прекращении дальнобойных ударов, в которых он лично участвовал, однако, по его словам, результата не удалось добиться из‑за позиции противной стороны. Отдельно украинские разведчики сообщают о раскрытии секретного комплекса на закрытом острове Лисий в Тверской области, который, по их данным, находится под контролем ФСБ и использовался для исследований со смертельным патогеном. Эти сюжеты, хотя и не связаны напрямую с топливной темой, рисуют общую картину разведывательного противодействия, в рамках которого и фиксируется зависимость РФ от импорта авиатоплива.