Потенциальная трехсторонняя встреча Дональда Трампа, Си Цзиньпина и Владимира Путина в ноябре рассматривается экспертами не как площадка для реального передела сфер влияния, а как исключительно символический шаг для Кремля. Подобная инициатива, озвученная российским руководством в начале октября накануне саммита АТЭС в Шэньчжэне, преследует цель создать нужную пропагандистскую картинку, однако реальные перспективы комплексных договоренностей остаются минимальными.
Идея фикс о новой Ялте
Стремление провести саммит в формате трех ведущих государств мира является давней целью российской стороны. Политолог Владимир Фесенко в интервью подкасту «ЦЕ БАЗА» отметил, что российский лидер стремится воссоздать атмосферу исторических встреч середины XX века, желая выглядеть равным среди глобальных игроков. Для Кремля чрезвычайно важна сама визуальная составляющая мероприятия, демонстрирующая выход из международной изоляции, даже при полном отсутствии содержательных и долгосрочных договоренностей.
Однако формат крупных многосторонних саммитов объективно не располагает к глубоким геополитическим сделкам. Переговоры «на полях» обычно ограничены временными рамками от одного до двух часов, чего явно недостаточно для обсуждения архитектуры безопасности. Кроме того, стратегические интересы Вашингтона и Пекина склоняются в пользу раздельных двусторонних контактов, что делает полноценную трехстороннюю встречу маловероятной или чисто формальной.
Позиция Украины и реакция Киева
Любые потенциальные кулуарные договоренности, достигнутые без учета мнения украинской стороны и европейских партнеров, не будут иметь реальной юридической силы и повторят судьбу прошлых неэффективных дипломатических инициатив. Опыт предыдущих лет показывает, что попытки решить вопросы европейской безопасности за спиной Киева неизменно терпят крах. Президент Украины Владимир Зеленский ранее подчеркивал неизбежность выхода РФ из изоляции, но жестко акцентировал внимание на недопустимости обсуждения украинского вопроса без участия самого Киева.
Министерство иностранных дел Украины также выразило категорический протест против любых тайных консультаций за закрытыми дверями. Глава ведомства Андрей Сибига подчеркнул, что кулуарные сделки способны лишь поощрить дальнейшую агрессию, а не остановить ее. Официальный Вашингтон и Пекин пока не сформировали единой повестки дня для ноябрьского мероприятия, а в Москве признают отсутствие окончательного согласия со стороны партнеров.
Значение саммита и перспективы мировой дипломатии
Главным итогом возможного ноябрьского саммита в Шэньчжэне, вероятнее всего, станет лишь протокольное общее фото лидеров сверхдержав, используемое во внутренних информационных целях российской пропаганды. Реальное разделение мира или глобальные мирные соглашения в таком формате невозможны из-за глубоких противоречий между США, Китаем и Россией. Дипломатический процесс вокруг завершения войны в Украине требует комплексных и инклюзивных механизмов, а не символических жестов в узком кругу.
