Полномасштабное вторжение России и беспрецедентные социальные вызовы, с которыми столкнулась Украина, обнажили хронические проблемы системы социальной защиты. От избыточной бюрократии до острого дефицита бюджета — миллионы семей оказались в сложном положении, что стало катализатором для масштабных реформ.

Кризис старой модели

После обретения независимости Украина унаследовала громоздкую советскую модель льгот. На бумаге она казалась щедрой, но на деле оставляла тех, кто оказался на грани выживания, один на один с проблемами. В 2000-х годах стало очевидно: система неэффективна, а бюджетные расходы растут быстрее, чем качество поддержки.

Ситуация усугубилась в 2014 году. Анексия Крыма и война на Донбассе привели к появлению нового социального явления — внутренне перемещенных лиц (ВПЛ). За два года их количество достигло почти двух миллионов. Социальная инфраструктура в регионах едва выдерживала нагрузку: расходы на соцзащиту выросли с 399 до 625 миллиардов гривен, но государственная поддержка оставалась недостаточной и слишком медленной.

Переход к адресности

Именно тогда начался болезненный переход от «статусов» к адресности. Вместо обезличенных категорий помощь стала направляться тем, кто действительно в ней нуждается. Вместо бумажной волокиты были сделаны первые шаги в сторону цифровизации. В 2018 году для реабилитации защитников было создано Министерство по делам ветеранов.

Начало полномасштабного вторжения спровоцировало беспрецедентный гуманитарный кризис. Количество людей с инвалидностью выросло как минимум на 300 тысяч. По состоянию на конец 2025 года в Украине насчитывалось 3,7 миллиона внутренне перемещенных лиц, а еще 5,6 миллиона выехали за границу.

Международное партнерство и программа SPIRIT

Первый удар приняли на себя местные общины. Чтобы развязать им руки, в апреле 2022 года Верховная Рада разрешила принимать решения о предоставлении экстренной помощи в течение 24 часов. Однако общины остро ощущали нехватку ресурсов и специалистов. На помощь пришли международные организации.

Ранее доноры часто создавали параллельные системы помощи, что приводило к дублированию функций. В 2023 году инициатива PeReHID, запущенная под руководством ЮНИСЕФ, изменила правила игры. Международные организации интегрировались в государственную систему соцзащиты, направляя ресурсы туда, где они нужнее всего: в прифронтовые зоны, малообеспеченным семьям и людям с инвалидностью.

Логическим продолжением этого успеха стал запуск масштабной программы SPIRIT (Social Protection for Inclusion, Resilience, Innovation and Transformation). Это уникальная комплексная инициатива, финансируемая правительством Великобритании через Посольство Великобритании в Украине в рамках исторического Соглашения о 100-летнем партнерстве. Программа разрабатывается и реализуется Минсоцполитики в стратегическом партнерстве с ЮНИСЕФ и Всемирным банком.

Четыре столпа новой системы

Посольство Великобритании и ЮНИСЕФ инвестируют не в содержание старых советских учреждений, а в человеческий капитал — самый ценный ресурс для послевоенного восстановления Украины. Программа SPIRIT опирается на четыре основных столпа:

  • Инклюзия: гарантирует равный доступ к помощи для всех граждан, с особым акцентом на людях с инвалидностью и тех, кто пострадал от войны.
  • Устойчивость: призвана укрепить местные общины, чтобы у них были ресурсы и способность самостоятельно преодолевать будущие кризисы и быстро восстанавливаться после шоковых событий.
  • Инновации: предполагают запуск современных технологий и цифровых инструментов для быстрого, прозрачного и устойчивого предоставления услуг.
  • Трансформация: системные изменения в государственной политике, которые должны базироваться исключительно на реальных данных и качественном анализе, а не на устаревших концепциях.

Для сбора доказательной базы и моделирования реформ при Минсоцполитики создали аналитическое ядро — Офис социального восстановления (SRO), куда вошли ведущие эксперты ЮНИСЕФ. Благодаря аналитической поддержке SPIRIT, Украина движется к созданию современной системы, способной защитить каждого гражданина в условиях неопределенности.