Организационная подготовка к масштабному трехстороннему саммиту с участием президента США Дональда Трампа, председателя КНР Си Цзиньпина и президента России Владимира Путина уже перешла в практическую плоскость. Как заявил помощник российского лидера Юрий Ушаков, в Москве, Вашингтоне и Пекине зафиксирована принципиальная готовность к проведению такой встречи на высшем уровне в рамках предстоящих международных мероприятий.
Дипломатические контакты и график саммитов
По словам представителя Кремля, возможность личных контактов лидеров трех мировых держав тесно привязана к графику ключевых международных событий второй половины года. В частности, рассматривается перспектива проведения переговоров на полях саммита Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества, который запланирован на 18-19 ноября в китайском городе Шэньчжэнь. При этом окончательное решение по дальнейшим шагам будет зависеть от результативности ноябрьских дискуссий.
Кроме того, в Кремле подтвердили получение официального приглашения на декабрьский саммит G20, который должен состояться в американском Майами. Юрий Ушаков отметил, что решение о поездке Владимира Путина на эту встречу будет напрямую зависеть от итогов ноябрьского саммита АТЭС, подчеркнув последовательность в формировании рабочего графика руководства страны.
Позиция Москвы по вопросу урегулирования
Комментируя перспективы предстоящих переговоров на высшем уровне, в Кремле ранее подчеркивали ограниченность ожиданий от первой трехсторонней встречи. По оценкам российской стороны, саммит в Шэньчжэне сам по себе не сможет обеспечить полное урегулирование всего комплекса вопросов, связанных с конфликтом в Украине, однако послужит важной площадкой для сверки позиций ведущих игроков.
Значение возможных переговоров
Начало подготовки к саммиту трех лидеров знаменует собой новый этап в системе глобальных дипломатических взаимодействий между крупнейшими экономическими и политическими центрами силы. Возможная встреча в формате Путин — Трамп — Си Цзиньпин способна определить контуры будущей архитектуры международной безопасности и торгово-экономических отношений, учитывая вес каждого из государств в решении ключевых региональных и глобальных кризисов.
