Тема возможных выборов в Украине снова вернулась в публичное пространство — и не в последнюю очередь благодаря резонансному обращению экс-министра обороны Украины. В свежей колонке Юлия Кириенко-Меринова разбирает, почему идея голосования в условиях активной войны выглядит не как демократический прорыв, а как риск повторения исторической ошибки. Автор подчёркивает: вопрос не в том, «за» или «против» выборов абстрактно, а в том, способны ли они быть прозрачными, действительными и признанными международным сообществом при шести областях с боевыми действиями, миллионной армии и миллионах перемещённых людей.

Обращение Федорова и политический расклад

Как отмечает автор, обращение экс-министра обороны было ожидаемым: шансов вернуться в кресло министра у него немного, и он, по сути, «идёт ва-банк». По словам Кириенко-Мериновой, его статус политического лидера «доказали картонки», а окончательно решившийся на этот путь он показал в видеоролике. При этом сама авторка прямо говорит, что ей «становится страшно» — и тем, кто учил историю. Ключевой аргумент Федорова сводится к тому, что именно Россия диктует Украине, когда проводить выборы. Однако, как указывает автор, российский президент уже заявлял, что украинский лидер нелегитимен, — то есть фактически тоже намекал на необходимость выборов. Возникает вопрос: кто тогда на самом деле диктует Украине, проводить ли голосование?

Историческая параллель: 1917–1921 годы

Центральная аргументация колонки строится на историческом прецеденте. В 1917–1921 годах украинцы противостояли большевикам, и из-за вторжения выборы удалось провести лишь в части округов — Киевщина, Полтавщина, Черниговщина, Екатеринославщина, Волынь, Подолье. Власть, по словам автора, «не стала субъектной»: её снесли те, кто оккупировал Украину. За этим последовали, как подчёркивает Кириенко-Меринова, восемьдесят лет советской власти — Голодомор, уничтожение культуры, миллионы погибших. «Это уже было. Хотим ли мы ещё раз?» — риторически спрашивает автор, напоминая, что сейчас поддержка европейских партнёров находится на пике.

Практические барьеры: переселенцы, фронт и цифровизация

Автор перечисляет конкретные препятствия для честного голосования: около пяти миллионов переселенцев, шесть областей с активными боевыми действиями, миллионная армия. Вопрос о том, как обеспечить прозрачное и действительное голосование, которое признает мир и после которого партнёры продолжат сотрудничество, остаётся без ответа. Идея голосовать через приложение «Дія» не снимает проблем: покрытие интернетом есть не везде, а часть населения вообще не пользуется смартфонами. «Их голоса не будут учитывать? Тогда где демократия?» — задаёт вопрос автор. В Офисе Президента, как отмечает Кириенко-Меринова, ответили, что не против выборов, но не уверены, что они состоятся под атаками ракет. «И я не уверена», — добавляет авторка.

Противоречивые данные

В тексте колонки и в сопроводительных материалах есть расхождения, которые важно зафиксировать. Во-первых, в самой колонке сохранены формулировки автора, актуальные на момент её написания, тогда как примечание редакции уточняет: по состоянию на время публикации Евгений Хмара официально возглавил Министерство обороны Украины — Верховная Рада назначила его на должность 312 голосами. То есть публичный статус «экс-министра» и «уволенного» в отношении Федорова в новостных источниках (ТАСС, Inosmi, Jauns.lv) совпадает с фактом назначения нового главы ведомства, но в авторском тексте он описан через призму личного политического выбора. Во-вторых, противоречие заложено в самом аргументе Федорова: утверждение о том, что «Россия диктует сроки выборов», авторка оспаривает, указывая на предшествующие заявления российского президента о нелегитимности украинского лидера. Обе версии — и позиция инициатора, и критика — изложены открыто, окончательной оценки не даётся.

Вывод: риск повторения ошибки

Колонка завершается не призывом, а предупреждением: проведение выборов в условиях войны может воспроизвести сценарий 1917–1921 годов, когда голосование не привело к устойчивой субъектной власти, а стало триггером дальнейшей оккупации и десятилетий репрессий. Автор не отрицает саму идею выборов, но ставит под сомнение их техническую и политическую осуществимость «здесь и сейчас» — под ракетными атаками, при массовом перемещении населения и неполном цифровом охвате. Финальный акцент сделан на моменте: поддержка европейских партнёров на пике, и именно поэтому, по логике автора, рискнуть ради преждевременного голосования — значит поставить под удар и демократические процедуры, и международную поддержку.