Наземные роботизированные комплексы (НРК) на фронте выполняют широкий круг логистических задач, и одной из самых ответственных среди них является эвакуация раненых. Издание РБК-Украина поговорило с сооснователями компании Air3F — Игорем Береговенко и Святославом Кульбацким — о том, почему их беспилотник построен на колёсах, а не на гусеницах, как команда пришла к текущей архитектуре шасси и какие ограничения диктует сама природа дистанционного управления. В беседе также затрагивались вопросы локализации компонентов и экспортного потенциала разработки.
От индивидуального производства — к военным задачам
По словам Игоря Береговенко, ещё до полномасштабного вторжения у команды было собственное производство, специализировавшееся на изготовлении изделий преимущественно по индивидуальным заказам. Это означало, что оборудование, производственные мощности и опыт реализации нестандартных технических решений уже были. С началом вторжения компания решила направить эти возможности на создание продукции, нужной военным, и сменила профиль деятельности. Как отмечают основатели, идея НРК выросла из прямых разговоров с военными: одним из самых крупных запросов была доставка грузов на значительные расстояния без непосредственного участия людей.
Эволюция прототипа: от гироборда до балансировочной подвески
Святослав Кульбацкий описывает путь создания комплекса как серию экспериментов. Первый прототип наземного дрона был собран на маленьких колёсах от гироборда, однако команда быстро осознала ошибочность такого решения: перевозка порядка 20 килограммов за рейс означала расточительство самого ценного ресурса — времени. Переход на большие колёса улучшил проходимость, но выявил новое препятствие — недостаточное сцепление с поверхностью, особенно на болотистом или рыхлом грунте. Стало ясно, что нужна подвеска. Классическая независимая, как в современных автомобилях, для беспилотника не подходила: в обычной машине водитель за секунды ощущает рельеф собственным телом и балансирует нагрузку, тогда как оператор НРК управляет машиной с безопасной дистанции и лишён этой чувствительности. Техническим решением стала именно балансировочная подвеска.
Почему колёса, а не гусеницы
Гусеничная платформа, по признанию основателей, имеет очевидные преимущества — хорошее сцепление с поверхностью и равномерное распределение массы, и на первый взгляд выглядит оптимальной для НРК. На практике, однако, у неё есть существенные недостатки. Первый — сложность подвески: если перевозится груз, важно доставить его неповреждённым, а при эвакуации раненых требования к плавности движения ещё выше. Второй — риск потери гусеницы: на сложном или рыхлом грунте, особенно при поворотах с большой боковой нагрузкой, гусеница может сойти с направляющих, что фактически означает потерю мобильности. Третий — шум, обусловленный особенностями контакта с поверхностью и большим количеством подвижных механизмов в шасси, особенно на твёрдом покрытии. Поэтому команда сосредоточилась на колёсной платформе, но не стала повторять традиционную схему 4×4 с одним двигателем и механической передачей мощности: вместо этого выбрано решение с отдельным двигателем для каждого колеса, что позволяет управлять приводом каждого колеса независимо и эффективнее распределять тягу в зависимости от условий движения.
Скорость, управление и вопрос вооружения
О наступательном вооружении в компании не думали, хотя какие-то средства самозащиты — например, набирающие популярность сетемёты — вполне могут появиться. На фронте существует высокий запрос на машины с большим радиусом действия, поскольку миссии обычно длительные, при этом скорость НРК небольшая — до 20 км/ч. Сделать дрон быстрее технически не проблема, но тогда возникают серьёзные трудности с управлением из-за задержек видеосигнала: если комплекс едет 10–15 км/ч и сигнал пропадает на долю секунды, он проезжает лишь метр-два, а при 60–80 км/ч за то же время преодолеет уже порядка десяти метров и может врезаться в препятствие или перевернуться. Что касается более крупного НРК, основатели признают, что об этом думали, но на данный момент полностью сосредоточены на совершенствовании имеющейся версии.
