Украина подготовила конкретные предложения по прекращению атак в Черном море и возобновлению транспортировки зерна, однако их реализация упирается в вопрос принуждения российской стороны к соблюдению режима. Об этом в интервью РБК-Украина заявил посол Украины в Турции Нариман Джелял, подчеркнув, что Киев уже озвучил свою позицию через президента Владимира Зеленского и теперь ожидает ответа. По словам дипломата, на фоне постоянных ударов по гражданским судам, включая те, что перевозят украинское зерно, серьезную обеспокоенность выражают не только судовладельцы и страховые компании, но и государства региона.

Что предлагает Киев и чего ждет от Москвы

Согласно заявлению посла, украинская сторона не ограничивается общей риторикой: в Анкаре утверждают, что у Киева есть «конкретные предложения» по прекращению атак в акватории Черного моря и по восстановлению зернового транзита. Эти инициативы, по словам Джеляла, были публично озвучены президентом Зеленским, и теперь украинская сторона ожидает реакции со стороны России. Формулировка «мораторий» указывает на то, что речь идет не о полномасштабном мирном соглашении, а об ограниженном во времени и по географии режиме прекращения огня в морской зоне, который должен снять остроту кризиса вокруг судоходства и экспорта сельхозпродукции.

Почему ключевую роль может сыграть Турция

Джелял признал, что даже при достижении какого-либо понимания между Киевом и Москвой остается открытым вопрос о том, удастся ли фактически заставить российскую сторону соблюдать условный мораторий. Именно здесь, по оценке посла, «роль Турции может стать ключевой». В качестве иллюстрации сложности обеспечения безопасности судоходства в условиях противостояния он привел пример Ормузского пролива, отметив, что гарантировать полную безопасность в таких условиях крайне затруднительно. Таким образом, Анкара рассматривается не просто как наблюдатель, а как потенциальный арбитр и гарант, чье давление и дипломатический вес могут повлиять на поведение Москвы в Черном море.

Дипломатический контекст в Анкаре

Заявление посла вписывается в более широкий дипломатический фон: по данным турецких СМИ, представители дипломатических миссий Украины и России в связи с инцидентами в Черном море были вызваны в МИД Турции, что свидетельствует о том, что Анкара активно вовлечена в урегулирование ситуации. Параллельно турецкая сторона заявляла о ведении переговоров с Киевом и Москвой о безопасном экспорте зерна через Черное море, предлагая собственные схемы транспортировки. Совокупность этих шагов подтверждает, что Турция позиционирует себя как центральный дипломатический узел в черноморском кризисе, где пересекаются интересы обеих сторон конфликта и региональных игроков.

Противоречивые данные

В публичном дискурсе вокруг черноморского судоходства существуют расходящиеся оценки того, чьи действия создают главную угрозу безопасности. Украинская сторона, в лице посла Джеляла, указывает на атаки российской стороны по гражданским и зерновым судам как на источник обеспокоенности судовладельцев и страховых компаний. В то же время в ряде источников фиксируется противоположная риторика, в которой внимание акцентируется на действиях украинских сил в Черном море и их влиянии на торговлю и экспорт, в том числе турецкий. Таким образом, стороны по-разному квалифицируют причину кризиса судоходства: Киев говорит о российских ударах, а противоположная сторона указывает на украинские операции. Это расхождение в нарративе усложняет выработку единой позиции по мораторию и делает роль нейтрального посредника — прежде всего Турции — еще более важной.

Перспективы и что дальше

Итогом заявления посла становится вывод о том, что Украина готова к диалогу и имеет готовый пакет предложений, но их успех зависит от двух факторов: готовности Москвы к компромиссу и способности Турции обеспечить давление и гарантии. Пока ответ российской стороны не получен, а механизм принуждения к мораторию не определен, угроза для гражданского судоходства и зернового экспорта сохраняется. В ближайшие недели ключевым индикатором станет то, сможет ли Анкара конвертировать дипломатический канал и вызовы в МИД в конкретные договоренности о режиме безопасности в Черном море.