Ходатайство главного раввина Киева Йонатана Марковича о личном поручительстве за экс-заместительницу главы Офиса Президента Ирину Мудрую, поданное в Высший антикоррупционный суд (ВАКС), привлекло внимание к одному из наименее обсуждаемых, но юридически значимых механизмов украинского процессуального права. Пока Специализированная антикоррупционная прокуратура (САП) настаивает на избрании меры пресечения в виде содержания под стражей с правом освобождения под залог в размере 150 млн гривен, защита предлагает суду альтернативу — личное поручительство высокопоставленного общественно-религиозного деятеля. Разница между двумя позициями не сводится лишь к сумме: она обнажает структурные ограничения института поручительства, закреплённые в Уголовном процессуальном кодексе Украины.
Что предусматривает УПК: штраф как единственное последствие
В общественном дискурсе устойчиво сохраняется представление о том, что поручитель несёт солидарную ответственность за подсудимого и в случае его бегства может быть заключён под стражу вместо него. Действующая редакция части 5 статьи 180 УПК Украины не содержит такого положения. Согласно этой норме, если лицо, отпущенное под личное поручительство, нарушает взятые на себя обязательства — в частности, скрывается от следствия или суда, уничтожает доказательства или не является по вызову — суд вправе применить к поручителю исключительно одно санкционное последствие: взыскание денежного штрафа. Уголовная ответственность за «содействие в побеге» или «укрывательство» в отношении поручителя не наступает автоматически и может быть рассмотрена лишь при наличии отдельных доказательств того, что гарант лично участвовал в организации перемещения подозреваемого или подготавливал для него документы.
Размер штрафа и его привязка к прожиточному минимуму
Сумма штрафа для поручителя по делам о тяжких и особо тяжких преступлениях коррупционного характера регламентирована законом и привязана к размеру прожиточного минимума. Максимальный размер взыскания составляет от 20 до 50 прожиточных минимумов. В расчётах на 2026 год это соответствует диапазону примерно от 60 000 до 150 000 гривен, что в пересчёте по курсу составляет порядка 1 500–3 500 долларов США. Таким образом, максимальная финансовая ответственность поручителя по коррупционному делу ограничена суммой, которая для лица с соответствующим социальным и экономическим статусом не представляет существенного финансового риска. Ни тюремное заключение, ни подписка о невыезде, ни иные процессуальные ограничения для гаранта законом не предусмотрены.
Контекст дела Мудрой и позиции сторон
По данным, изложенным в процессуальных документах и заявлениях сторон, Ирина Мудрая, занимавшая должность заместителя главы Офиса Президента, фигурирует в производстве ВАКС по обвинениям, связанным с коррупционными преступлениями. Прокуратура САП ходатайствует об аресте с правом освобождения под залог в 150 млн гривен. Защита, в свою очередь, предлагает суду избрать меру пресечения в виде личного поручительства, предлагая в качестве гаранта Йонатана Марковича. В материалах дела, по утверждению прокурорской стороны, фигурируют сведения о незадекларированных активах в объёме, по различным оценкам, до 250 млн гривен, а также о регулярных выплатах, не отражённых в официальных доходах. Эти цифры приводятся в процессуальных заявлениях и не являются предметом отдельного судебного установления на текущем этапе.
Практика ВАКС и отношение к личному поручительству
В последние годы практика Высшего антикоррупционного суда демонстрирует осторожное отношение к удовлетворению ходатайств о личном поручительстве в делах с крупным размером ущерба. Судебные решения по аналогичным производствам свидетельствуют о том, что судьи нередко отклоняют подобные ходатайства, ссылаясь на недостаточность гарантий процессуального контроля за подозреваемым. Юридический анализ указывает на то, что норма о поручительстве, в её текущей редакции, не обеспечивает полноценного превентивного эффекта: минимальный размер штрафной санкции не создаёт достаточного стимула для поручителя осуществлять фактический надзор за подозреваемым, а отсутствие иных процессуальных последствий снижает эффективность меры как инструмента обеспечения явки.
Противоречивые данные
В материалах дела и публичных заявлениях сторон существуют расхождения в оценке адекватности предлагаемой меры пресечения. Прокуратура САП аргументирует необходимость залога в 150 млн гривен размером ущерба и риском скрытия подозреваемой за пределы юрисдикции, ссылаясь на наличие у неё документов, позволяющих пересечь границу. Защита, напротив, указывает на несоразмерность такого залога и предлагает поручительство как достаточную гарантию. При этом в публичном поле не подтверждена ни одна из версий относительно конкретных обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о реальном намерении подозреваемой покинуть территорию Украины. Сведения о незадекларированных активах и дополнительных выплатах приводятся в процессуальных документах и не были на момент подготовки материала предметом отдельного судебного разбирательства, подтверждающего или опровергающего их в полном объёме.
С точки зрения процессуального права, решение ВАКС по ходатайству Марковича будет носить прецедентный характер для практики рассмотрения ходатайств о личном поручительстве в делах о коррупционных преступлениях с участием высокопоставленных лиц. Выбор суда между удовлетворением ходатайства и его отклонением будет зависеть от оценки конкретных процессуальных обстоятельств дела, а не от публичного статуса поручителя. В любом случае итоговое решение суда останется предметом обжалования в установленном законом порядке.
