Высокая стоимость электроэнергии стала одним из ключевых факторов, подрывающих конкурентоспособность украинской металлургии на международном рынке. С начала массированных обстрелов энергосистемы осенью 2022 года цены для промышленных потребителей, в первую очередь для энергоемкой металлургической отрасли, заметно выросли и нередко превышают стоимость энергии в европейских странах. Именно поэтому в фокусе оказались новые механизмы — долгосрочные контракты, которые должны были зафиксировать цену на длительный период и дать промышленности предсказуемые условия.

Ценовой разрыв с Европой

По данным государственной аналитической компании «Укрпромвнешэкспертиза», в январе–сентябре 2025 года средняя цена на электроэнергию на рынке «на сутки вперед» (РСВ, базовый бенчмарк) в Украине составляла 106 евро за мегаватт-час. За тот же период во Франции показатель был на уровне 61 евро, в Чехии — 94 евро, в Германии — 80 евро/МВт·ч, отмечает заместитель директора по вопросам развития компании Сергей Поважнюк. Аналогичная картина наблюдалась и в сегменте двусторонних договоров: за девять месяцев прошлого года средняя цена контрактов на недели–месяцы вперед в Украине держалась около 106 евро/МВт·ч, тогда как во Франции — 65 евро, в Германии — 77 евро.

Динамика 2026 года

В мае 2026 года средневзвешенная цена на РСВ в Украине составляла 101 евро/МВт·ч — выше, чем в Словакии, Германии, Франции и Испании, свидетельствуют данные аналитического центра GMK Center, на которые ссылается «Украинский союз промышленников и предпринимателей». При этом в июле–августе средняя цена базовой нагрузки на РСВ в соседних европейских странах временно превысила украинский индикатор — на фоне аномально высокой температуры и низкого уровня воды в реке Дунай. Тем не менее для конечных потребителей, особенно металлургических комбинатов, стоимость энергоресурса в Украине остается достаточно высокой. По данным госкомпании «Оператор рынка», за первые десять дней августа 2026 года средняя цена на электроэнергию базовой нагрузки на РДН Украины превышала 140 евро за МВт·ч.

Энергия в себестоимости

Расходы на электроэнергию занимают весомую долю в структуре себестоимости металлургической продукции. По словам аналитика GMK Center, кандидата экономических наук Андрея Глущенко, в цене железорудного концентрата энергетическая составляющая достигает 50–60%, в железорудных окатышах — 30–35%, а для стали, выплавленной в электродуговых печах, — 10–15%. Существенно выросла доля энергии и в себестоимости ферросплавов — сплавов железа с другими элементами, добавляемых для придания металлу нужных свойств. Как поясняет исполнительный директор «Украинской ассоциации производителей ферросплавов и другой электрометаллургической продукции» Сергей Кудрявцев, энергетическая составляющая для ферросплавов увеличилась с 22–27% в 2021 году до 35–40% на сегодняшний день.

Преимущество Китая

Тратя больше средств на электроэнергию для получения одной тонны стали, украинская металлургия занимает худшие позиции по сравнению с европейскими производителями и другими поставщиками на рынок ЕС, такими как Китай и Турция. Правительство КНР полностью освободило от налогов электроэнергию, поставляемую предприятиям цветной металлургии, и частично сняло налоговое бремя на энергию для нужд черной металлургии. В результате в некоторых провинциях Китая цена для предприятий может опускаться до 30 евро за МВт·ч, комментирует Сергей Поважнюк. Кроме того, до 2024 года Китай активно закупал у России исходное сырье — слябы (крупные стальные плиты) — со значительной скидкой, достигавшей 20% от рыночной стоимости.

Что дальше

На этом фоне ключевым вопросом становится обеспечение промышленности доступом к электроэнергии на длительный период и по приемлемой цене. Новые долгосрочные договоры и аукционы по их заключению рассматриваются как инструмент фиксации стоимости, однако, по оценке участников рынка, преимущественными покупателями на таких торгах стали трейдеры, а не сами промышленные потребители. Это усугубляет проблему: металлургия вынуждена закладывать в себестоимость высокие и волатильные цены на энергию, что напрямую снижает ее экспортный потенциал.