Современная генетика и медицина открывают человеку беспрецедентные возможности для оценки собственного здоровья — от планирования беременности до корректировки редких наследственных заболеваний. Однако за модным термином «биохакинг» скрывается куда более скромная реальность, чем принято думать в популярных медиа. Об этом в интервью РБК-Украина рассказал генетик Дмитрий Микитенко, который подробно разобрал, что именно позволяют делать сегодняшние генетические тесты, а что остаётся в области фантастики.
Что уже умеет современная генетика: от ЭКО до генной терапии
По словам Микитенко, сегодня специалисты способны оценивать риск рождения ребёнка с генетическим заболеванием ещё на этапе планирования беременности. Более того, в рамках экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) уже практикуется отбор эмбрионов с целью рождения здорового ребёнка. После родов генетическая диагностика позволяет выявлять многие, хотя и не все, наследственные болезни. Наиболее прорывным направлением эксперт назвал генную терапию: «Так лечат спинальную мышечную атрофию и некоторые виды дистрофии сетчатки», — пояснил он, имея в виду вживление здорового гена для корректировки конкретного заболевания.
Генетические паспорта и полигенные склонности: что показывают тесты класса Wellness
Кроме узкоспециализированных исследований, обычному человеку сегодня доступны генетические паспорта класса Wellness, которые выявляют особенности работы собственного организма. Микитенко подчеркнул важный нюанс: «Эти тесты не ищут причину проблемы, а анализируют определённые полигенные склонности». Если изменение присутствует лишь в одном гене, болезнь как следствие может и не проявиться. Однако если снижена активность сразу нескольких генов из одного функционального блока, это уже может влиять на здоровье. При этом эксперт уточнил, что речь не обязательно идёт о заболевании в классическом понимании — скорее о снижении качества жизни.
Что такое «биохакинг» на самом деле: миф о переписывании ДНК
Зная о своих генетических особенностях, человек способен влиять на величину риска, и именно это, по словам Микитенко, «сейчас пытаются назвать биохакингом». Генетик предостерегает от ложных ожиданий: термин «частично создаёт впечатление, будто мы меняем правила, по которым работает наш организм». На деле речь идёт исключительно о склонности, а не о детерминированном исходе. «Например, человек знает, что его мама носила очки. Значит, у него самого есть склонность к нарушению зрения. Понимание этого может быть мотивацией для профилактики», — привёл он наглядный пример. Таким образом, биохакинг в современном понимании — это не генетическое переписывание инструкции организма, а подстройка образа жизни под индивидуальные особенности ради снижения рисков.
Генетика — не оправдание: роль личной ответственности
Микитенко настоятельно предупредил, что знание о генетической предрасположенности не освобождает от ответственности за собственное здоровье. «Нельзя говорить: „Ничего с этим не сделаю, потому что у меня такая генетика“. Генетика — не оправдание», — подчеркнул эксперт. По его словам, осведомлённость о склонностях должна подталкивать человека к конкретным решениям: «Если знаем, где она может возникнуть, насколько высок риск, можем разработать профилактику». В качестве практического примера генетик привёл ситуацию с нарушением циркадных ритмов сна: по результатам генетического теста неврологу проще подобрать коррекцию для сбалансирования сна. «Мы просто подстраиваемся под наши особенности, чтобы снизить риски», — подытожил Микитенко.
Противоречивые данные
В публичном дискурсе вокруг термина «биохакинг» существует заметное расхождение между маркетинговыми обещаниями коммерческих генетических лабораторий и позицией профильных специалистов. С одной стороны, рекламные материалы и популярная наука нередко преподносят генетические тесты как инструмент «управления геномом» и «переписывания» биологических программ организма. С другой стороны, как разъясняет Микитенко, ни один из доступных сегодня тестов не меняет последовательность ДНК и не «включает» или «выключает» гены в реальном времени. Эксперт прямо указывает, что речь идёт об оценке полигенных склонностей и последующей поведенческой или медикаментозной коррекции образа жизни. Таким образом, расхождение заключается не в фактах, а в интерпретации: наука фиксирует риск, а не приговор, и именно эта разница определяет, является ли «биохакинг» реальным инструментом или маркетинговым конструктом.
