Ежедневные воздушные тревоги, удары по гражданской инфраструктуре и продуктовым складам, а также нарастающие ожидания тяжёлой зимы формируют у части украинцев мысль о выезде за границу. С 1 сентября 2026 года в ряде школ Киева и других городов, по данным, прозвучавшим в интервью РБК-Украина, за первую неделю учебного года удалось провести лишь два-три урока в неделю на фоне многократных сирен. На этом фоне старший научный сотрудник Института демографии и социальных исследований имени М.В. Птухи Национальной академии наук Украины, кандидат экономических наук Алексей Позняк в беседе с журналистами обозначил ключевой вывод: тот масштабный миграционный пик, который зафиксирован в первые месяцы полномасштабного вторжения, уже исчерпан, и повторения подобной волны в 2026 году не ожидается.

Пик миграции исчерпан: кто уже уехал и кто остался

По словам Позняка, институт для мониторинга миграционных намерений использует данные открытых источников и опросы различных социологических структур. Совокупная картина, по его оценке, не демонстрирует серьёзного роста миграционных намерений в текущем периоде. «Те, кто были склонны выехать из Украины из-за войны, уже это сделали», — констатирует эксперт. Те украинцы, кто остался в стране или вернулся после кратковременного пребывания за рубежом, в большей степени ориентируются на то, чтобы находиться в Украине, пока ситуация не изменится кардинально. Абсолютный пик массового выезда, по данным Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН), пришёлся на первые недели и месяцы 2022 года: только за первые недели марта границу пересекли более трёх миллионов человек, а к концу весны совокупная цифра превысила шесть-семь миллионов пересечений.

Что реально меняет решение о выезде

Эксперт подчёркивает, что решение об эмиграции пересматривается не от каждого отдельного инцидента, а тогда, когда существенно меняется сама обстановка вокруг конкретного человека. Локальный обстрел рядом с домом или атака на продуктовый склад увеличат число тех, кто решит уехать, особенно если общие условия станут менее стабильными, чем сейчас. Однако Позняк прямо указывает: даже при таком сценарии речь не пойдёт о массовом выезде масштаба 2022 года, когда наиболее мобильная и склонная к эмиграции часть населения уже покинула страну в первые месяцы войны.

Сезонность и методология подсчёта пересечений границы

Отслеживая миграционные тенденции, институт опирается в том числе на данные Государственной пограничной службы Украины. Позняк обращает внимание на методологическую сложность: летом традиционно фиксируется рост потока пересечений границы в обоих направлениях — это сезон отпусков, когда граждане планированно едут в Европу и возвращаются. По одному лишь факту пересечения границы невозможно определить, является ли человек мигрантом, туристом или деловым путешественником. Более того, статистика учитывает не уникальных лиц, а количество пересечений: один и тот же гражданин может пересечь границу три, пять или десять раз. Единственный устойчивый паттерн, который фиксируется, — увеличение выездов в начале лета и противоположный поток в сторону Украины к концу летнего сезона.

Противоречивые данные

В интервью Позняк упоминает, что «в прошлом году» в Украине разрешили выезд мужчин в возрасте 18–22 лет, что вызвало определённый, хотя и не массовый, всплеск пересечений границы. При этом закон, позволяющий молодым мужчинам покидать страну, был принят в 2024 году, а не в 2025-м. Возможна как неточность в формулировке эксперта, так и отсылка к моменту, когда норма была практически реализована на пограничных пунктах пропуска и дала измеримый эффект в статистике. Кроме того, в параллельных материалах Института демографии (в том числе в публикации на glavcom.ua) подчёркивается, что определённые категории украинцев за рубежом — например, те, кто уже интегрировался в трудовые рынки Европы, — возвращаются домой с наибольшим трудом. Это не противоречит тезису об исчерпанном массовом пике, но указывает на то, что «нет новой волны» не означает «все, кто уехал, вернутся»: структурный отток наиболее мобильной части населения остаётся фактором долгосрочной демографической нагрузки.

Психологический отпечаток многолетней войны

Позняк отмечает, что многолетние обострения обстрелов оставляют на населении сильный психологический след. Ситуация в Украине меняется часто: «сегодня одна обстановка, завтра уже другая», и этот паттерн сохраняется уже несколько лет. Когда уровень опасности остаётся на одном достаточно высоком уровне, люди адаптируются и принимают его как данность, что снижает краткосрочные миграционные импульсы. Именно поэтому, по оценке эксперта, призывы «вернуться домой» в текущих условиях нерациональны: убеждать людей в возвращении, не предлагая им объективно безопасных условий, не работает и не соответствует реальной мотивации тех, кто принял решение остаться за границей на длительный срок.